Навстречу Христу. Сборник статей

От нашего малодушия такая мысль.

Теперь мрак, а потом дастся разум,

и все уразумеешь…[8 - Там же. С. 41.].

Св. Григорий, подобно большинству христианских учителей древности, начиная с апостола Павла, испытал влияние стоической философии. В стоиках св. Григория особенно привлекал своеобразный аскетизм и презрение земных благ. В стихотворении о философской нищете он во многом перекликается с Эпиктетом и другими стоическими писателями.

Ты и в болезни весел,

Роскошествуешь, если только богат,

чувствуешь, правда, зло, но, однако,

есть у тебя и врачевство от болезни.

А другой беден, но воздержан.

И он втрое блажен, потому что нет у него

ни зла,

ни врачевства от зла…[9 - Там же. С. 175.].

В поэме о смиренномудрии св. Григорий прямо ссылается на античных философов, в частности киников и стоиков, как на примеры воздержания и самообладания.

При всем этом св. Григорий был далек от стоической гордости и превозношения своими подвигами. Он сумел избежать того чувства собственного превосходства, которое порой возникает у людей, ведущих углубленно-созерцательный аскетический образ жизни.

Он не осуждал тех христиан, которые были неспособны вести такую жизнь и отдавали Церкви свои силы на трудном поприще общественной борьбы. У св. Григория есть по этому поводу следующее четверостишие:

Чему отдашь предпочтение —

деятельной или созерцательной жизни?

В созерцании могут упражняться

совершенные, а в деятельности многие.

Правда, и то и другое хорошо и вожделенно.

Но ты к чему способен, к тому

и простирайся особенно[10 - Там же. С. 225.].

Эти мудрые слова свидетельствуют о глубоком проникновении св. Григория в законы христианской жизни.

Итак, св. Григорий избрал свой путь. Он решился «жить жизнью, чуждой жизни». Но Бог судил иначе.

* * *

Св. Василий Великий направил своего друга в качестве епископа в Сасимы. Св. Григорий в одной автобиографической поэме так характеризует это место:

Там всегда пыль, стук от повозок,

слезы, рыданья,

собиратели налогов, орудия пытки, цепи;

а жители – чужеземцы и бродяги.

Такова была церковь моя в Сасимах!..[11 - Там же. С. 359.].

Эта обстановка была тяжела для св. Григория. Правда, в новом положении он сумел принести пользу делу св. Василия по собиранию воедино малоазийских церквей. Но в Сасимах он жить не смог и удалился в Назианз, где стал помогать своему отцу – епископу.