Призвание: путеводная загадка. Разгадывать и осуществляться

Нередко встречаются попытки уличить жизнь и само мироздание в отсутствии или нехватке смысла. Это забавный подход. Ведь судить об осмысленности или об отсутствии смысла человек может только с помощью разума. Но если смысла не существует, то и сам разум с его суждениями тоже лишён смысла. Тогда, значит, и рассуждать незачем. Довольно странно отрицать осмысленность мира, незаметно опираясь на тот же разум.

О разуме мы сейчас ещё поговорим. А пока скажу немного об известном подходе – когда его противопоставляют чувствам: якобы он борется с ними.

У каждого чувства есть свои предпочтения. И дело разума увязывать предпочтения разных чувств, чтобы человеку ориентироваться в целом, руководствуясь не одним, а всеми главными своими чувствами.

В чём-то приходится находить компромиссы. Где-то построить ступеньки приоритетов. Иногда обозначить ошибочность курса, выбранного одним из чувств…

Поверяя ориентиры каждого чувства верхними из доступных нам уровней смысла, разум помогает чувству развиваться не стихийно, а с учётом смысловых линий жизни.

И вместе с тем заботится о соединении всех разнообразных и даже противоречивых устремлений в нечто единое.

Так что «борьба разума с чувствами» – это, в общем-то, мифология. Он на их стороне.

Верный помощник

Чем важнее для человека какое-то чувство, тем больше старается разум поддерживать его, а чувство призвания – одно из главных. Нередко эта помощь начинается с самого формирования этого чувства. Ведь до какого-то возраста я могу просто не задумываться о поисках призвания, и порою этот период незадумчивости может затянуться.

Когда же чувство призвания возникает очень рано, разум помогает ему не принимать слишком поспешных решений, чтобы присмотреться к своим намерениям, распробовать их на вкус и примериться практически.

Я считаю себя человеком довольно замедленного становления, и стал задумываться о том, чем заниматься в жизни, только лет в пятнадцать. Да и то не о призвании (это слово оставалось для меня абстрактным), а о том, куда идти учиться после школы.

Разум помогал мне, подталкивая обсуждать это с разными людьми, но чувство призвания ещё было в зародыше, так что всё сводилось к выбору института.

В результате я выбрал математическое образование, как позже оказалось, само по себе никак не связанное с чувством призвания. Так что в середине учёбы, когда это чувство уже постепенно осознавало себя, меня чуть не отчислили с мехмата.