Большая книга рождественских рассказов

Вы знаете ли, что грешно идти наперекор Божьей воле?!

На лице Рэя выразились грусть и смущение, а лицо Роба сделалось вдруг серьёзным и сосредоточенным.

– Да неужели сам Бог убивает птиц? – спросил наконец Роб, на что отец отвечал ему:

– Бог посылает мороз, который, конечно, убивает их.

– Ну, после этого не стоит любить Бога, – сказал Роб, помолчав немного.

– Что ты! Как можно так говорить? Бог добрый! Верно, папа ошибся и сказал не то, что надо, – отвечал ему Рэй.

Отец их пришёл в ужас и совсем позеленел от злости при мысли: неужели эти богохульники – его родные дети?

И они ещё раз были наказаны, с той только разницей, что вместо битья линейкой по ладоням они были высечены, а вслед затем их дрожавшие от побоев ручонки должны были выводить буква за буквой вычурным почерком в своих тетрадях такого рода пространное изречение: «Мороз есть явление природы, ниспосылаемое премудрой благостью Творца для истребления массы расплодившихся птиц, которые опустошают осенью сжатый хлеб земледельцев и уменьшают летний сбор плодов в садах».

– Это неправда! – говорил Рэй сквозь зубы, выводя усталой ручонкой буквы длинного изречения. – Я уверен, что это неправда.

– Да, это неправда, – отозвался Роб, который был всегда как бы эхом своего брата и который даже при более благоприятных условиях не мог хорошенько справиться с выписыванием букв, а в настоящую минуту совершенно безуспешно пытался написать как следует букву «о». – Какое мне дело до земледельцев, – сказал Роб.

Рэй ничего не ответил на это. У него было слишком тяжело на сердце, чтобы он мог сказать что-нибудь в настоящую минуту. Он думал о том, что прочёл в одной из книжек, подаренных ему крёстной матерью: как где-то в северной стране существует обычай рассыпать у крыльца каждого дома зёрна для голодных птиц во время зимы, и жалел о том, что этот обычай не существует везде. Он и Роб проплакали всю ночь, не будучи в состоянии заснуть от холода; у них ныли и болели их маленькие тела в такой же мере, как болели их сердца.

На следующее утро, как только встали, они тотчас побежали к окну. Было совсем бело и светло; яркая полная луна заходила на горизонте, позади темного болота; снег шёл всю ночь. Маленький пруд, в котором обыкновенно полоскались утки, совсем замёрз; холод значительно усилился, а на выступе окна их комнаты лежала замёрзшая маленькая птичка.

Это был молодой щеглёнок.