Креститель

Несколько десятков дружинников, сцепив руки и сдвинув щиты, из последних сил сдерживали наседавшую толпу.

Вперед вышел седой старик – предводитель веча. Он поднял руку, чтобы все замолчали. Не сразу, но шум немного стих.

Из недр толпы, протиснувшись между людей, к старику вышли Дарко и Владимир.

– Мы готовы служить тебе, княгиня, до самой смерти и отдать жизнь за Святослава… Но мы не можем больше видеть, как умирают наши дети и внуки. Два месяца печенеги стоят вокруг Киева. Все запасы кончились. От князя нет ни вести, ни подмоги.

Он забыл про Киев, ему хорошо там, на Дунае… Не мешай нам, княгиня, открыть ворота!..

– Лучше плен, чем такая жизнь!..– был голос из народа.

– Я верю, Бог поможет нам! – тихо, но очень твердо произнесла Ольга.

– Нам не нужен твой Бог! – закричал старый волхв.– Нам надо принести жертву нашим богам!.. А что мы принесем?.. Себя?..

– Дружина Претича близко, на том берегу…– пыталась остановить людское безумие Ольга.– Они помогут…

– Сколько их? Три ладьи?..– предводитель веча поднялся на помост, встал рядом с княгиней.

 – Кто даст им весть, что мы подыхаем? И что смогут они против целой орды?.. Откроем ворота!..

– Откроем!.. Откроем!..– едиными устами возопила толпа. Люди, наседая, разорвали цепь дружинников, стали подниматься на помост. Они едва не задавили Владимира и Дарко. Мощные руки Добрыни выхватили мальчика из толпы. Добрыня легко вскочил на помост, одной рукой придерживая племянника; в другой руке его был меч.

– Если кто-то прикоснется к княгине и княжичам, голову снесу! – грозно загремел его голос над площадью.

– Все назад!..

Люди послушно отступили.

– Мы жить хотим!.. Мы хотим хлеба, воды!.. – заголосила одна из женщин.– Боги отвернулись, кто поможет нам?..

Дарко огляделся, посмотрел на изможденные лица отчаявшихся киевлян и решительно поднялся на помост.

– Я,– спокойно сказал он.

Люди от неожиданности замолкли.

– Что ты можешь? – усмехнулся Добрыня.

– Дайте мне уздечку…

– Зачем?..– Добрыня возвышался над худеньким мальчишкой как гора.

Народ замер в безмолвии. Ольга тоже молчала, погрузившись в себя, Ярополк и Олег прильнули к ней…

Владимир восторженно смотрел на Дарко.

– Я знаю, что делаю,– спокойно и твердо сказал отрок.– Дайте уздечку!..

– Он лазутчик! – раздался истерический вопль из толпы.– Он только что из печенежского плена!..

– Дядя, я знаю, он сможет! – попросил Добрыню Владимир.

Добрыня удивленно взглянул на племянника, потом на Дарко.