Самоубийцам посвящается

Но многие случаи самоубийств или попыток к самоубийству в целом часто бывают завязаны на довольно терпимых случаях. Мне о таких случаях известно из разговоров с самоубийцами. Вообще, мир самоубийц на фоне терпимых жизненных неудач очень широк. Но я думаю, что ко мне случай сломаться на слабом жизненном потрясении не подходит. У меня сразу после смерти мамы возник тяжелый бред, сильно разрушивший мою личность. До этого самого ужасного потрясения в своей жизни я лечился по новейшему методу психоаналитического лечения от тяжелой формы маниакального психоза, процедура длилась больше пятнадцати лет.

Я потратил много труда и огромное количество денег, чтобы добиться успешного результата. Однажды я спросил своего психоаналитика: «Наверное, стоимость лечения равна стоимости двухкомнатной квартиры, в которой я живу?» – «Что ты! – ответила мне она. – Это обошлось тебе в гораздо большие деньги». Но судьба оказалась более чем жестокой, я сорвался в пропасть болезни, как только потерял маму, которую очень любил. К крайне тяжелому сожалению для себя и любимых людей, я невероятно сильно и на долгий срок сошел с ума. По мнению моего врача, обстоятельство наделения мною психоанализа всемогуществом было лишним, это инфантильное отношение к силе науки являлось еще недоработкой моего анализа и составляло одну из причин случившегося горя. Чувство обмана в ожидании чуда от успеха науки, которая не смогла спасти мою маму от смерти, вызвало у меня невероятный протест и недоверие к психоанализу вообще, так, во всяком случае, считала мой психоаналитик Елена Александровна Шиканова. Но я с таким утверждением в корне не согласен. Кроме того, считаю, что, конечно, самой важной причиной обострения болезни была еще неосознанная трагедия детской жизни, травма, вызывающая невероятно тяжелые чувства в случае острых воспоминаний о ней, именно эта травма – первопричина моей болезни. И так как эта травма была упущена из внимания при анализе, то в результате очередного жизненного потрясения она снова вызывала и маниакальный, и депрессивный приступ. Осмысляя причины моей болезни, аналитик видела их в основном в ошибках воспитания и трагедиях ребенка из-за неудачно сложившихся отношений со своими родителями. Все же, на мой взгляд, такое видение причины болезни представляет собой огромную ошибку современного психоанализа.