Роковой год цесаревича Николая

В целом Мама была настроена благосклонна и пообещала помочь Ники убедить отца дать согласие на этот брак. «Мы с Папа живем ради вас, наших детей, и мечтаем, чтобы каждый из вас нашел свое счастье, – добавила Мария Фёдоровна. – Как бы мы хотели, чтобы и ты поскорее женился, Ники!»

Цесаревич замялся: «Пока не на ком…»

На протяжении следующих двух дней Ники с Мама уговаривали императора нарушить традицию петровских времен и позволить великой княжне выйти замуж за своего соотечественника, а не за чужого королевича.

Папа сначала сомневался, он был большим консерватором; но после особенно тяжелого приступа кашля, задыхаясь, спросил: «Они правда любят друг друга? Что ж, тогда пусть женятся. Я хочу умереть спокойно, зная, что моя дочь замужем за хорошим человеком. А Сандро я люблю». Ники с Мама наперебой принялись его целовать, обнимать, благодарить и уверять, что ничего он не умирает, ему еще жить да жить, внуков нянчить! Папа, весь горячий и красный, слабо улыбнулся: «Ладно, ладно. Давайте мне сюда вашего Сандро. А еще лучше пусть его отец придет, для этого брака надо многое устроить. Не с мелюзгой же обсуждать финансы».

Ники побежал строчить радостное письмо Сандро, по пути заглянув к Ксении и обрадовав ее до обморока. А Мама тем временем отправила телеграмму в Москву, доктору Григорию Антоновичу Захарьину, который уже однажды поставил императора на ноги – после той катастрофы в Борках. «Доктор Захарьин приедет и сразу его вылечит», – успокаивали друг друга Ники и Мария Фёдоровна.

После всех треволнений цесаревич отдохнул душой в Мариинском – шла возобновленная «Катарина». В главной роли дочери разбойника танцевала дивная Пьерина Леньяни – грациозная итальянка с искорками в глазах и буйными темными кудрями. Она кружилась по сцене, как заведенная. Двадцать восемь фуэте! Ники аплодировал ей стоя, а потом побежал за кулисы. «Никогда не видел ничего подобного! – восхищался он, вручая балерине цветы.

 – Я от восторга пьяный, синьорина Леньяни… О, даже стихи получились! Вот как вы меня вдохновили!»

Отличное настроение Ники достигло «крещендо» двенадцатого января. Весь день в Аничковом дворце царило оживление. Утром приехал дядя Миша, отец Сандро. После завтрака он попросил аудиенции у Папа – и спустя полчаса вышел из кабинета сияя. Тут же был вызван Сандро; из своей комнаты прилетела Ксения в простой белой шелковой блузе и синей юбке.