Роковой год цесаревича Николая

 – Ты расстроен из-за Аликс? Но я же тебе писала, милый Ники, именно сейчас у тебя появился шанс получить ее согласие… Ты поедешь на свадьбу Эрни и Даки в Кобург? Обязательно поезжай! Уверена, что в этот раз у вас с Аликс все получится и ты наконец сможешь назвать ее женой…

Ники горько рассмеялся.

– Жениться? Никогда!

– А чай – тоже никогда? – с иронией спросил дядя Сергей. – Может, все же сядешь к нам за стол?

– Чай, – презрительно повторил Ники. – Позвольте вместо ответа процитировать вам великого японского поэта Рёкана:

Как хорошо,

загодя дров нарубив,

ночь напролет

праздно лежать у костра

с чаркой простого саке!.

.

– Чай не спасет умирающего шметерлинга, – добавил Ники вместо эпилога. – Вот саке я бы выпил.

Дядя Сергей кивнул дворецкому, тот отдал приказание слугам, и через несколько минут на столе среди блюд с шоколадными эклерами и английскими булочками-сконами появился бежевый кувшинчик токкури из японского фарфора Имари, украшенный минималистичными черными цветами и простым геометрическим орнаментом.

Официант налил саке в фафоровую рюмку с иероглифами и почтительно поднес напиток цесаревичу. Однако едва Ники приготовился опрокинуть рюмку, дядя Сергей спросил:

– Ты уверен, что хочешь пить рисовую дрянь, которую до тебя кто-то жевал?

– В каком смысле? – Рюмка замерла на полпути.

– В прямом, – усмехнулся дядя Сергей.

 – Неужели тебе японцы не рассказали? Традиционный способ приготовления саке – это когда рис сначала пережевывают, а затем сплевывают в особые емкости для брожения. В последнее время вместо слюны стали использовать плесневелый гриб кодзи, но подозрения меня не отпускают… Словом, я бы не рискнул.

Рука с татуировкой дракона дрожала, а к горлу подступала тошнота. Ники отставил непочатую рюмку в сторону и жалобно сказал:

– Ну вот, теперь и саке для меня погибло… Чьи-то плевки я точно пить не буду.

– Мой родной рислинг врачует всё! – заботливо сказала тетенька. – И тело, и душу. Как там у Гёте… «Тогда мне рейнского. Я патриот. Хлебну, что нам отечество дает».

Ники махнул рукой:

– Я на всё согласен – кроме чая, конечно. Единственное условие – чтобы в вино мне никто не плевал.

– Это можно обеспечить, – пообещал дядя Сергей.