Область синхронизации

Внутри каждой потребности, тоже есть конкуренция алгоритмов, каким способом её лучше удовлетворить. Допустим, вам опять хочется пить. Вы на берегу озера, но, черт возьми, забыли взять с собой бутилированную воду. Да, можно попить прямо из озера, но это может быть опасно. Можно вернуться в город, но это займёт много времени. Программа потребностей взвесит все риски, оценит ресурсы и примет решение. Скорее все, оно будет верным, и ваши гены продолжат жизнь.

Теперь я снова хочу вернуться к экспериментам, описанным выше, и попробую объяснить феномен, который, надеюсь, вы заметили.

А именно, пассивное поведение собаки, подвергаемой ударам электрического тока, и столь же пассивное поведение обезьяны, после того, как она получила свободу. Начну с объяснения поведения собаки. Собаки в третьей клетке. Именно она в дальнейшем изменила своё поведение на иррациональное. Итак, собака в третьей клетке получает удары током и не может из неё выбраться. Витальная потребность в безопасности требует, чтобы собака покинула клетку и избежала боли, но все тщетно. Прутья клетки очень прочные, выхода нет. Тогда другая витальная программа, экономии сил, предлагает прекратить всякие действия и сосредоточить силы на преодолении боли. Я предполагаю, что в этот момент собака сразу получает порцию эндорфина, эндогенного наркотика, он действует подобно морфию и притупляет боль. Выполнение этой программы снижает болевое воздействие и закрепляет алгоритм в поведении животного. Теперь, если в следующий раз животное подвергают воздействию электрического тока, оно сразу выбирает единственный алгоритм – поведение, которое принесло ей облегчение и уменьшило боль. По сути, это поведение превратилось в условный рефлекс. Если будет удар током, то единственно правильное решение – лежать и терпеть.

Теперь, что случилось с обезьяной. Она не подвергалась воздействию электрического тока, и внешне не испытывала боли. Её кормили, поили, меняли подстилку. Единственное, что сделали с ней, это поместили в камеру небольшого размера, из которой она не смогла выбраться.

Представьте себе обезьяну, раз за разом пытающуюся выбраться из маленькой камеры и соскальзывающую с отвесных стенок. В какой-то момент она тоже, как и собака, понимает, что ей не выбраться. Программа борьбы уступает программе экономии сил. Обезьяна ложится на дно камеры. Она испытывает фрустрацию из-за отсутствия возможности удовлетворить свою потребность в свободе, и психическую боль. Как и в первом случае, выделяются эндорфины.