Исповедь скитальца

Пустить в свой лес постороннего, не так просто…, но войти в чужой лес, – почти невозможно… а пребывать в таком лесу – опасно…, ведь там иной микроклимат, иная атмосфера…, и ты рискуешь переродиться, ты рискуешь стать тем, кем тебя примет этот лес…, но при этом потерять возможность пребывать в собственном лесу.

Но при всём, при этом, обновление, и зарождение новой жизни в твоей душе, возможно только после «опыления». Только «чужеродные зёрна», попавшие в твою почву, способны родить нечто небывалое, и сверхсовершенное! Ни один цветок на земле, не способен на полноцвет, без этого «опыления».

И если ты хочешь достигнуть в своём становлении, настоящего совершенства, ты будешь жаждать этого «опыления» …, и искать на бренной земле, настоящие «дремучие леса» …, высаженные, и взлелеянные чужими, – чуждыми душами…, не взирая ни на какие опасности.

6

Что же не дало мне скатиться в отвал, и не погибнуть, от собственного недоразумения, и глупости? Теперь, с высоты прожитых лет, я всё больше прихожу к заключению, что именно то, что я с раннего детства читал книги.

У моего Отца была неплохая, для советского времени, библиотека. И кое-что, я проштудировал ещё в детстве.

Вспоминаю, как однажды, я впервые взял в руки взрослую книгу…, если память не изменяет, она называлась «Уинстон Черчилль». Невзирая на то, что в силу своего малолетства, я мало понимал в этих письменах, но читая, периодически ловил себя на мысли, что постепенно, кое-что мне становится понятным.

Так, наверное, во мне зародилось убеждение, что не обязательно всё сразу понимать…, необходимо постепенно открывать соты своего познания, и не зацикливаясь на непонятных пока, вещах, всё же, идти дальше…, и пытаться освоить, хотя бы те книги, которые стояли на первой полке книжного шкафа.

Так я, незаметно подкрался к Ф.М. Достоевскому. Это было настоящим открытием! То просветление сознания, которое я испытывал всякий раз, когда закрывал книгу, и размышлял над прочитанным, радовало меня, и в тоже время, приводило в какое-то, уже почти трансцендентальное сознание.

Моих родителей, по меркам той эпохи, можно было отнести к интеллигентной семье. Но только на том основании, что оба они имели высшее образование. Мать, окончив институт, всю жизнь работала экономистом. До самой пенсии, она числилась на Хлебозаводе, бухгалтером.