Четыре зеркальца

В том месте, где лагерь, стоял господский дом. Проклятье наложила колдунья, дочку которой князь отправил в Константинополь, вместе с ларцом паши. Это все, других тайн нет.

– Ничего себе, все! Сплошные вопросы!

– Надо было раньше разрешать и не брать с меня клятв! Я не считаю, что есть проклятье, но слишком много повторений в судьбах. Записалось что-то неправильно на генетическом уровне и повторяется, повторяется, повторяется. Я хотел предупредить, но мне не дали.

Митрич обиженно засопел, но было видно, что его так и подмывает рассказать историю целиком.

И он не удержался, и хоть сам Митрич был похож на пожарного старшину, раздавшегося вширь из-за обильного сна в ожидании огненной опасности, голос его звучал так нежно, как будто он рассказывал детскую сказку.

6. КНЯЖНА И АЛЕКСАНДР

Лет двести назад в доме на холме жил старый граф. Жена у него умерла, но осталась дочь, молодая, красивая, с волосами цвета спелой пшеницы, глазами чистыми и звонкими, как лесной ручеек, и звали ее, как и тебя – Еленой.

Больше всего на свете Елена любила скакать на лошади по лугам, по лесам, под зеленым кружевом листвы и бескрайним простором неба. Солнце спешило ей навстречу, улыбаясь золотыми лучами, роса рассыпалась радугой, птичьи голоса встречали и провожали, и не было никого на свете счастливее, чем она. И так продолжалось до тех пор, пока не встретила она молодого графа, а как повстречала, так стала еще счастливее.

Но ненадолго.

Было это так. Возвращалась она с прогулки, выезжает на поляну и видит, стоит вороной жеребец красоты неописуемой с белой звездой во лбу, нервный, на месте не стоит – танцует да похрапывает. А на жеребце – всадник в синем мундире с золотыми пуговицами, на плечах эполеты, волосы черные, как смоль, а глаза синие и строгие.

Как увидала Елена того всадника, так вокруг что-то случилось. Птицы петь перестали, и словно ночь опустилась темная, ни звезд, ни луны.

Скачет она сквозь эту ночь, а впереди всадник на черном коне в синем мундире с золотыми эполетами. Скачут они, а по сторонам по шесть в ряд выстроились богатыри да такие огромные, что Елена не больше ихнего мизинца будет, и когда проезжает она мимо, каждый богатырь говорит: Бом-м-м-м, и голос у него, как звон колокола низкий, протяжный плывет и не смолкает, а в самом богатыре что-то щелкает и перескакивает, словно стрелка в часах.