Город Утренней Зари. Плач Пророка

Люди так и не смогли научиться различать Его в своей жизни, даже Пророк не заметила, как Он уже несколько часов наблюдает за ней. Ему даже стало интересно: почувствует ли она его присутствие. Ему нравилось лицезрение того, что при всех своих талантах и силе, она всего лишь человек.

– Мариам, – откликнулся он на её молитву.

– Почему мне так больно?

– Путь жертвенной любви.

– Он сказал, что я убью себя рано или поздно, – напомнила она слова священника.

– Он хочет так думать, но это не так, – тень Отца приблизилась к самому уху Пророка.

 – Тебе будет больно, чтобы ты не забывала про то, что ты часть человечества. Иначе ты возгордишься и отпадешь от меня. Ты же помнишь, что случилось с падшим ангелом и сыном Утренней Зари, когда он подумал, что он – бог?

– Да, я помню, – после этих слов лицо Пророка окончательно утратило следы детского этапа её жизни.

– Я понимаю, что из-за бед человечества ты и Мой Сыном берете на себя ношу, которую ещё вам рано нести…

– Я смогу Отец! – перебила его Пророк.

– Да, конечно, – тень переместилась к другому уху. – Но больше тебе нельзя так часто изливать мой свет на остальных. Ты же Пророк! Проповедуй. Обращайся к их сердцам, к их разуму, подготавливая их принятию Сына.

– Но если я не покажу им твоего света, как же они примут тебя?

– Сначала ты должна открыть их сердца, а потом уже изливать Мой свет, – бархатный тембр Отца успокаивал душу Пророка. – Ты увидишь, что это гораздо легче.

– Почему Ты не сказал об этом раньше? – удивилась она.

– Ты слишком ревностная и не послушала бы меня, а сейчас ты убедилась, что нужно делать именно так.

– Аминь! – приняла его слова Пророк. – Как скоро я смогу это…

– Очень скоро, Мариам! Очень скоро! – Отец изобразил озабоченность. – Но сейчас тебе нужно отдохнуть. Спи, моя девочка, спи!

От этих слов Отца, она сразу же заснула, а он перенес её на кровать. Эта игра в заботливость забавляла его тем, что он вновь показывал небесам насколько они ошибаются в нем. Почему он раньше так себя не вел? Опять же, чтобы показать, как все ошибаются в нем.

Сейчас он, как никогда близок, чтобы доказать каждому атому этой тварной вселенной и её Создателю, что они не правы – этот ангельский дофамин наполнял Отца такой энергией, что прошедшие тысячелетия ожидания уже ничего не стоили.

Он смотрел на мерное дыхание Пророка и спокойно ждал, когда Эсмеральда Стоун после легкого стука зайдет в номер вместе со своим мужем. Они подошли в кровати.