Город Утренней Зари. Плач Пророка

Он-то спокойно мог отвергнуть его, так как уже пережил свою встречу с Богом, а вот этим детям, у которых нет даже капли жизненного опыта, это светопреставление покажется вершиной всего чего бы они могли ожидать от своей жизни.

– Я могу тебя попросить об одном? – произнес Захария немного хриплым голосом.

Пророк продолжала пристально смотреть на него. Понимая бесполезность своей просьбы, он все же озвучил её.

– Не ломай людей, если они не захотят принимать этот дар, – священник тяжело вздохнул и начал помогать детям, которые пришли вместе с ним очнуться от потока столь своеобразной благодати.

Даже характер блеска янтарных глаз не поменялся от этой просьбы. Пророк была убеждена, что причина такого упрямства священника только в её слабости. По крайне мере, Отец спокойно транслировал это в её душу. Он видел, как легко она принимает это, чтобы сделать их частью своего мыслительного процесса. Конечно, всегда остается возможность, что человек выдумает что-то свое, но Пророк слишком поглощена своим служением.

Пророк заметила тень Отца на крыше, и Он почувствовал, что сегодня ему не следует её игнорировать, но при этом придется довольствоваться простой отельной обстановкой. Вечером в номере Он откликнется на её молитву.

Она повернулась к священнику и задала ему последний вопрос, неожиданно вклинившийся между объяснениями Отца.

– У тебя шрам от вируса, но ты не принимаешь света Отца.

– Я исцелился еще до того, как ты вмешалась, – ответил он. – А шрам? Не знаю, почему Бог оставили его мне. Может быть, чтобы я выделялся на фоне остальных выживших. А может быть, чтобы мы не забывали про эту трагедию.

– Ты думаешь люди забудут?

– Ты же только что говорила, что Сын заберет все эти воспоминания у людей. Или нет?

– Да, заберет, если такие как ты не будут мешать им принять дар Отца, – холодно ответила Пророк и развернулась к нему спиной.

Школьный двор все больше заполняли крики радости и веселья, которое охватило человеческие сердца и только двое на этой площадке грустили: Захария Блэквуд и Эсмеральда Стоун. Захария, потому что всегда переживал за людей, а Эмма, потому что так и не смогла вернуть себе дочь.

Вечером в номере Пророк, как и было предначертано, обратилась к Отцу, чтобы Он укрепил её в служении. Тень лишь сделалась более отчетливой, хотя уже давно находилась рядом.