Город Утренней Зари. Плач Пророка

Когда Мэри попросила его отвезти их с матерью в Йоханнесбург, он тут же согласился и не потому что Мэри воздействовала на его волю, а из благодарности, что она спасла его дочь и внучку от смертоносного вируса. Он почел за честь сопроводить Пророка Всевышнего в его деле служения Богу. И пуля в правом боку воспринималась им, как соучастие в чем-то великом. Стычки с патрулем не должно было быть, но Мэри отвлеклась на сообщение, которое промелькнуло по рации одного из патруля, остановивших их машину. Она уже начала воздействовать на них, чтобы они пропустили их во имя Отца и Сына, но имя Генри Стоун вывело её из равновесия.

Бандиты очнувшись от её влияния на них и увидев в ней угрозу, начали стрелять и зацепили Фрэнка до того, как он отъехал от них. Он хорошо знал окружные дороги и потому успел оторваться от преследования до того, как окончательно ослабел. Мэри сменила его и теперь следовала его указаниям, чтобы быстрее попасть в город. С её папой что-то случилось. Генри Стоун и здание конгресса пульсировало у неё в висках. Но она не должна терять самообладание. Все это мешает её сосредоточиться. Мешает её служению, но она не может оставить его там.

Когда она лихо въезжала в город, то увидела группу воздушных транспортов, которые покидали город с юго-восточной стороны. Их сопровождало звено дронов, наверное последних высокотехнологичных искусственных стражей этого города. Из дворов раздался рев взлетающих ракет земля-воздух, которые устремились к беглецам. Дальше дома уже скрывали происходящее, но черный дым от пикирующих транспортов говорил, что не всем удалось прорваться через заграждение.

На машину никто не обращал внимания, как будто уже никто не верил, что найдутся безумцы пытающиеся прорваться в город. На одном из перекрестков их чуть не смяли два танка, пронесшихся в сторону площади. Мэри вовремя среагировала, что было не сложно на опустевших улицах и протискавшись мимо двух брошенных на дороге машин заехала на парковку бывшего магазина, руины которого уже остыли.

– До площади уже недалеко. Дальше я иду одна! – она повернулась к матери.

– А Генри? – спросила Эмма, которая тоже услышала его имя по рации.

– Я постараюсь спасти его.

– У Вас все получится госпожа, – улыбаясь ответил Сомерсби, побледнев от потерянной крови.

– Позаботься о нем, – бросила Мэри и, выскочив из машины, побежала в сторону площади.

Эсмеральда ничего не могла сделать, чтобы остановить или помочь ей – дальше она будет лететь одна.