Город Утренней Зари. Плач Пророка

Это ранило её сердце больше, чем тревога за мужа.

– У неё получится, мэм, – повторил Фрэнк и, не замечая своей окровавленной руки, погладил руку Эсмеральды Стоун.

Она тоже не заметила кровавых разводов на себе и только обеспокоенно продолжала смотреть в сторону площади на удаляющийся силуэт дочери.

Чем ближе Мэри приближалась к площади, тем отчетливее замечала свое волнение. Она остановилась. Как же это отбросить? Если она не сосредоточиться, то не сможет обратиться к каждому сердцу у здания конгресса, чтобы приклонить их волю к принятию Бога.

Она не сомневалась в своих силах, но… Генри Стоун там. А если он не примет её проповеди? Она же сломает, как остальные “падшие души” в этом месте. Нет, это невозможно. Он же знает кто она и в чем смысл её служения. Ради неё он не будет сомневаться и бояться, как некоторые, как тот священник Блэквуд из Кимберли. Она побежала с удвоенной силой. Казалось, что рикошеты от пуль уже свистят над её головой. Она вышла из-за угла на площадь и вскарабкалась на оторванную башню танка. Она встала в полный рост, чтобы лучше видеть поле проповеди. В центре члены какой-то банды пытались прорваться к центральному зданию. Они чудом выжили, вовремя выскочив из бронетранспортёра, покорёженные обломки которого догорали недалеко от них. Скорее всего они понимали, что обречены, но от этого они не переставали цепляться за мельчайший клочок этой выжженной площади. Каждый из них хотел забрать с собой как можно больше врагов, которыми являлись все до единого в этом погрузившемся в преисподнюю городе. Возможно исследователю современных отношений было бы интересно, что будет, когда одна из банд победит остальные и воцарится на этих руинах. Они доедят друг друга, не способные остановится и протрезветь от ритма бойни, пробудившим самое страшное в человеке – желание уничтожить все, чтобы оно не досталось никому. Для кого-то это будет доказательством того, что человек явно самое жуткое животное этого мира, потому что остальные не способны на такое саморазрушение. Но самих участников все эти умозаключения людей в белых халатах совершенно не интересовали – главное процесс, который заставляет кровь бурлить, принося странное наслаждение.

Фасад нижних этажей здания конгресса обвалился. Удивительно как еще все здание не превратилось в груду обломков, как и вся унитария. Рядом с входом она увидела силуэты людей, один из которых замер, а затем упал. Лег он или был сражен выстрелом было не понятно.