ЧЕРНОLOVE

Где-то за форточкой бурчали голуби, трещали крыльями, царапали подоконник и целовались совсем не чувственными клювами, а Ника фанатично протирала пальцы его ног и пускала слюну во внутреннем пространстве личного рта. Именно эти пальцы и эти ноги через пятнадцать минут будут стоять на самой элитой сцене страны, и их хозяин будет извлекать умопомрачительные скрипичные звуки для всех ушей в зале. Ника знала, что служит гениальному телу гениальных навыков и сознания. Она знала, что она чистит и моет пальцы не человека, а фантастического уникального явления, совершенно случайно оказавшегося среди тупого и давно бездарного мира.

В её голове поползла лента хаотичных мыслей:

«… он мой подлинный волшебник Гудвин, как новая версия старой сказки…, дожил до всемирной славы и триумфа…, на его пальцы, обработанные спиртом, никогда не садятся мухи, кружевные полеты которых он понимает лучше меня…, он курит – он кормит внешних и внутренних паразитов… Тех паразитов, кто продает ему это зелье и позволяет соглашаться с трещинами в сознании.

Он тоже родом из теплой жидкости маминого живота, поэтому он так ненавидит холодные дожди. Он оттуда и ниоткуда больше…, и его гениальность неоспорима от чувствительности особого ДНК. Он даже страдает уникальным синдромом Стендаля, падая в любом музее при виде картин. Мой любимый редкий друг, на миллионы один, потому и редчайший…, и я ему служу, как секс-рабыня аукционной чистоты…, я его рабыня…, потому что он одинок, как Антон Павлович Чехов в своей в семье… Он моя обожаемая константа до конца моих дней…»

– Ника, у меня болят волосы – не волосы, а луковицы волос, которые проросли сквозь череп и вросли в мозг вместо нейронов.

Ника, они шевелят музыку моих душ. Мои волосы говорят со мной языком нот…

– О…, я понимаю тебя, как никто в этом мире… У тебя много душ…

– Нет…, не много…, всего лишь девятнадцать…, только девятнадцать… Где-то там, кто-то алилуйничает и ватиканит. Это там, где ничего личного, потому что ничего общего… А кто-то мимикрирует в сознании оркестрового коллектива.

Ты пойми, что простое действие в нужное время делает больше, чем масса усилий в непредназначенный час…

– Вы где- то в небесах личных рассуждений Маэстро?

– Я на Фак-строте и в небесах рассуждений одновременно… Остановилось моё время в «inter mundos», то есть – между мирами…

Спиртовые пары ублажали кожу его ног. Он курил и выбрасывал вкусный дым в лоно гримерки.