Вождь викингов

Рунгерд тем временем нашинковала душистую травку. Но в котел не отправила: рано еще.

– А мне нравится, что он – нежен, – мечтательно произнесла Гудрун, вытирая руки листьями мяты и затем ополаскивая их в миске с водой. – Знаешь, мама, он действительно очень нежен. Не похож на других мужчин. Не потому, что он черноволос и маленького роста, – тут же добавила она, – а потому, что он… не знаю, как сказать… Когда мы с ним любим друг друга, я забываю, какого он роста… Он может быть огромным, как великан… С огромным мужским копьем… Хотя оно у него не очень-то велико, ты знаешь… – Гудрун смущенно хихикнула.

– Почему ты думаешь, что я знаю, каков его жезл Фрея? – ровным голосом произнесла Рунгерд, откладывая в сторону нож.

– Ну как же… Ты ведь лечила его. И я кое-что видела…

– Что же? – еще более спокойно проговорила Рунгерд.

– Как его копье изготавливалось к бою… – Гудрун засмеялась. – Многие мужчины желают с тобой возлечь, мама, потому что ты очень красива.

Ульф, думаю, тоже был бы не прочь… Но хотел понастоящему он только меня! – Девушка счастливо улыбнулась. – Я почувствовала это, едва увидела его. Он так хотел меня тогда, что даже превратился в камень. А когда он впервые обнял меня… Здесь, в этом доме, на пиру, у меня даже голова закружилась. Она и теперь кружится, когда он обнимает меня, но тогда я не знала мужчин и не знала, как это бывает… сладко. Но… догадывалась.

– Это редко бывает сладко, – сказала Рунгерд.

 – Когда твой отец брал меня, чаще было не сладко, а больно. Она опустилась на скамью. Дочь присела рядом.

– Мне тоже было немного больно… – сообщила Гудрун. – В первый раз. А потом так хорошо! Я бы сутками не вставала с ложа, будь моя воля… – Еще одна мечтательная улыбка. – Когда я обнималась с Эйвиндом Харальдсоном, когда он был моим женихом… Мне тоже было хорошо. Но Ульф – он… Я плыву в нем, как в озере. А еще… Мне хочется его убить. И себя тоже. Чтобы больше ничего не было.

Чтобы мы остались такими навсегда… Хочу, чтоб ты знала: если его убьют, я взойду на его костер!

– Глупости, – дрогнувшим голосом проговорила Рунгерд. – Боги его любят… Все его любят… А если такое всё же случится, то ты останешься жить и растить его сыновей. Ты же не какая-то там влюбленная тир… У тебя есть долг перед предками… Но Гудрун ее не слушала.

– Может быть, в нем кровь бога, мама? – мечтательно прошептала она.