Я – инквизитор

Андрей не удержался, чтобы немножко его не потомить: вынул из-под сиденья магнитолу, воткнул на место (оставлять «Пионер» на виду – искушать судьбу: молотком по стеклу, магнитолу вон – и пусть истошный вопль сигнализации рвет уши владельца), поставил кассетку «Магнитные поля», распечатал банку «коки», отхлебнул.

– Хочешь? – предложил Виктору.

– Все в порядке, да?

– Пей. Не то чтобы в порядке, но теперь они будут заняты мной!

– А ты… справишься?

Андрей испытал удовольствие, услышав в голосе парня беспокойство не о себе, а о нем, Ласковине.

– Справлюсь! – Приятно чувствовать себя сильным. Приятно использовать свою силу, чтобы сделать мир более справедливым.

«Тщеславие,– вспомнил Ласковин,– враг воина!» Так говорил Зимородинский, а он ничего не говорил зря.

– Поехали,– сказал он, берясь за руль.

– Куда?

– Домой тебя отвезу, куда еще? – усмехнулся Андрей.– Сдам с рук на руки.

Что он и сделал. А на обратном пути позвонил Леноре, изящной куколке-полукореянке, классной массажистке.

Андрей познакомился с ней в зале на Комсомола. По крайней мере треть подружек оказывались в его записной книжке именно таким образом. Хотя бывшую свою жену он встретил на презентации фирмы «Тошиба».

Андрей лежал на животе, а на нем в позе всадницы-амазонки в белой мужской рубашке с короткими рукавами расположилась Ленорочка Цой. Массаж она делала весьма квалифицированно и очень старательно. Кожа блестела, а рубашка намокла от пота. Массаж – это тяжелый физический труд. Фоном побрякивала музыка.

Китайская.

– А у нас вчера твой учитель был, Зимородинский,– сказала Ленора.– Дома.

– И что?

– Читали Книгу Перемен. По-китайски.

– В первый раз слышу, что Слава знает китайский,– сказал Ласковин.

– Не он. Дедушка знает! – она с силой ввинтила сустав согнутого пальца в спину Андрея.– Он переводил.

– И как?

– Спорили. Тебе не больно, когда я вот так нажимаю?

– Больно,– равнодушно ответил Ласковин.– Это плохо?

– Плохо, если не больно. Ты должен говорить.

– Понял. Буду говорить. Так о чем они спорили?

– Да разве поймешь. Вы, мужчины, такие умные,– Ленора хихикнула.– Перевернись,– велела она. Взяла полотенце и вытерла лицо.

– Положи под голову руки.

– Что-то сегодня долго,– сказал Ласковин. Мысли его были наполовину заняты грядущими разборками.

– Долго, зато полезно. Очень важный курс заканчиваем.

– Да ну? А я не знал, что у нас – курс. И какой же?

– Регенерация и укрепление костей.