Я – инквизитор

– Значит,– Андрей не дал Зимородинскому сменить тему,– ты сражался за свою жизнь? И что же, тебе понравилось?

– Нет,– ответил Зимородинский.– Но, как видишь, я жив. Ты покушал?

– Да, спасибо.

– Тогда отправляйся домой. Через два часа будешь спать сном праведника, так что поторопись. Если прижмет – звони. Если прижмет по-настоящему.

– Спасибо, Слава.– Андрей поднялся.– Ты мне здорово помог!

– Я буду молиться за тебя… ученик! – серьезно сказал Зимородинский.– Будь здоров, сэмпай! Когда мы увидимся снова, ты уже станешь мастером!

Примерно в то время, когда Андрей Ласковин покинул квартиру своего учителя, в загородном доме, удаленном примерно на пятьдесят километров от черты города, раздался телефонный звонок.

– Это Сипякин! – проворчало в трубке.– Хозяина позови!

– А… Конь,– отозвался мужской голос.– Занят он. Завтра звони!

– Занят? – недовольно произнес Сипякин.– Ну тогда… тогда передай ему, что тот, о ком мы говорили, ну, он знает, в общем…

– Я в курсе, Конь,– сказал мужской голос.

– Ну так передай: мужик настроен серьезно, крепко завелся, пусть имеет в виду!

– Насколько крепко? – Собеседник Сипякина не скрывал насмешки.– Торчком? Ладно, Конь, мы имеем. Спасибо, что предупредил! – Мужчина на другом конце линии расхохотался и бросил трубку.

– Коз-зел! – злобно процедил Сипякин, услышав короткие гудки.– Ну что уставился? – рыкнул он на телохранителя, кривящего губы.

– Подставляешь своего! – сказал Абрек, выдвинув вперед и без того внушительную челюсть.

– Заткни пасть! – рявкнул Сипякин, закашлялся, схватил бутыль «Смирнофф», налил полстакана и разом выплеснул в глотку. Руки у него тряслись.

– Какой он тебе свой,– уже спокойнее продолжал Конь.– Фраер он!

– Жалеть будешь,– негромко произнес Абрек.

– Хорош целку строить! – сердито бросил Сипякин.– Я тоже рискую! Все мы рискуем!

– Все,– согласился телохранитель.– Только ты жопу свою в кресле прячешь и подняться надеешься. А парня так и так в парашу спустят!

– Потому что мудак!

– Потому что честный! – возразил телохранитель.

– Я преданных люблю! – закричал Сипякин.– Преданных! Вроде тебя, кабан! Кончай базар! И позвони этой, Мануэли, пусть приедет! Едздаться хочу!

– Хрен там,– сказал Абрек.– Мандраж у тебя. Не телка тебе нужна, а седуксен.

Сипякин хрюкнул.

– Глянешь на тебя,– сказал он,– говядины кусок! Зачем такой елде мозги, Абрек?

– Узнаешь.