Глупый старик

Глупый старик

Иван Александрович Мордвинкин

Венчание и развод. Брак без любви – одна только пытка, нет в нем ни счастья, ни Бога. И многие решаются разойтись. Но главный герой натыкается на венчание, как на препятствие к разводу. Он едет в монастырь за советом у опытного духовника. Но ответ приходит сам собою.

Иван Мордвинкин

Глупый старик

Пришло и Никите время разводиться: чувство влюбленности они с женою давно уж расточили на мелкие склоки и смотрели друг на друга не видя, как глядят на мебель в квартире.

И все бы ничего – друзья и родня поддерживали предстоящее расставанье, видели, что бытуют они порознь, и что разлепились их души. Но мучил Никиту вопрос венчания – оно ведь навсегда. И пусть не шибко был он парнем церковным, да все ж венчание… Связывало оно, как «навсегдашняя» колодка, и будто между супругами цепь неразрывная и тяжелая навешивалась, как та, что болтается на набережной вместо ограждения.

Местный батюшка, который их соединил, отнекивался, говорил, что не существует «развенчаний», вроде это ход в одну сторону.

Искать правды Никита умчался в ближайший монастырь, там, как говорили, местный духовник – мудрый наставник и строгой жизни монах. Вот, как скажет, так пусть и будет.

Ранняя электричка, которые хаживали в то время только для развоза дачников по их рабочим фазендам, промчалась мимо монастыря в полшестого утра. «Поклонилась» она и этому полустанку. Никита сошел, поезд двинулся дальше, оставив парня в сумерках и тишине.

Монастырь красиво вжился в окружающий лес, так естественно, что казался частью природного ландшафта, затянутого сизой утренней дымкой, смягчающей сонные ночные тени.

Узкой тропкой Никита добрался до запертых монастырских ворот, подергал ручку входной двери и прочитал расписание, закрепленное на стене монастырской крепости. Время работы – с восьми утра. Однако, дверь отворилась с тяжелым металлическим скрипом, и к Никите вышел низкорослый белобородый старик в сильно истертой и не раз уж стиранной, еще, видимо, советской, телогрейке и белой ситцевой кепке на совершенно лысой голове.

Поздоровались.

– Монастырь пока закрыт, ишо не время, – доложил с улыбкою старик, оказавшийся сторожем на входных дверях. – Но он откроется, как будет время.

Сельские старики – это особенный вид людей. Принадлежат они уходящей эпохе, хотя частью ее уже и не являются.