Право на месть

– О Господи!

Григорий Степанович второй раз с неимоверным трудом выкарабкивался из сна.

– Что там стряслось?

Дым! Пахло дымом!

Сон Григория Степановича сгинул бесследно. Смушко вскочил… слишком резко. Ухнуло в затылке, потемнело в глазах.

«Тише, тише, тише»,– нашептывал он сам себе, пережидая.

Запах дыма. Очень сильный запах.

Во входную дверь перестали стучать.

Григорий Степанович поглядел на потолок, на круглую решеточку противопожарного датчика. Чертова техника!

Как был, в трусах и в майке, босиком, он вышел в коридор.

– Господи Иисусе! – прошептал Григорий Степанович, чувствуя, как холодеет внутри.– Батюшка!

Он неуклюже побежал по коридору к комнате отца Егория.

– Батюшка!

Струйки дыма сочились из-под двери.

– Отец Егорий!

Смушко толкнул дверь – заперто!

Не раздумывая, он ударил в нее всем весом. Шурупы задвижки вывернулись из косяка, и дверь распахнулась. Григорий Степанович с ужасом уставился на пылающий прямо на полу костер.

Из коридора в комнату проник свежий воздух. Пламя радостно вспыхнуло, охватило деревянную спинку кровати, прыгнуло на одеяло.

Отец Егорий лежал вытянувшись, запрокинув голову, нижняя, заросшая бородой челюсть его дергалась, словно он силился еще шире открыть рот…

Дальше Григорий Степанович действовал автоматически.

В трех метрах по коридору на стене висел огнетушитель. Красный круглый баллон с серым раструбом. Смушко выскочил из комнаты, схватил его, и через мгновение шипящая струя ударила в занявшуюся постель.

Еще через минуту все было кончено. Пламя угасло. Только пятно электрического света пронзало темноту, упираясь в дымящуюся черную пропалину.

Григорий Степанович швырнул опустевший баллон в окно и под звон падающего стекла тяжело осел на пол, прижав руки к груди, чтобы унять режущую боль.

Внизу с грохотом рухнула входная дверь.

Охранник, сопровождаемый лающими псами, взбежал вверх по лестнице.

– «Скорую»! – выдохнул Смушко.– Быстрей!

Охранник ринулся вниз, к телефону.

Брейк, встав мощными лапами на постель, поскуливая, вылизывал черным языком окостеневшее лицо отца Егория.

«Скорая» приехала слишком поздно.

Глава девятая

– Никто трубку не берет,– сказал Ласковин.– Уехали куда-то, наверно.

– Позвони попозже,– предложила Наташа.– Вообще, иди завтракать, пока все не остыло. Какие у тебя планы на сегодня?

– Покатаюсь по городу,– сказал Андрей, усаживаясь за стол.– Поговорю кое с кем.