Отродье

Вызывало подозрение и то, что пойманные беглецы как-то уж больно единогласно указывали на Дом Среброделов, как на организаторов экспедиций, тогда как в обычной ситуации большинство подобных баранов понятия не имели, на кого на самом деле работают. Учитывая, что стражей уже облапошили один раз, указав недостоверную информацию о количестве участников вылазки, а также тщательность подготовки исследователей и прочие данные, складывалось довольно тревожное ощущение, что экспедиции имели своей истинной целью именно отвлечение внимание тайного карательного отряда стражей.

А следовательно, готовящийся заговор гораздо серьёзней, чем просто бунт недовольных, и в нём участвует кто-то из самых влиятельных приближённых правителя.

Все доводы разума были за скорейшее возвращение в город, и тем не менее Рвазар решил преследовать третью, последнюю экспедицию до конца.

Глупо, как глупо! В конце концов, они могли просто соврать, что прикончили всех беглецов и выполнили задание, уложившись ровнёхонько в срок.

Рвазар уже и сам не понимал, почему он принял самоубийственное решение продолжить погоню, тогда как долг и здравый смысл приказывали вернуться в Оплот. Не понимал, но горько жалел. И с каждым новым днём жалел об этом всё больше.

Проблемы начались ровно на тридцать первый день их затянувшегося сверх меры похода. Один из разведчиков не вернулся, а его след обрывался так неожиданно, словно тот провалился сквозь землю. И Рвазару было вовсе не до шуток, что они и так под землёй…

На следующий день пропал ещё один воин.

На сей раз, просто отошедший подальше от отряда, чтобы справить большую нужду.

Был отдан строгий приказ держаться минимум по трое, как бы ни было неловко, неудобно и любые прочие не. Таинственные исчезновения прекратились, но движение отряда сильно замедлилось.

Они двигались по неисследованным туннелям, которых не было ни на одной карте, что хранились в строжайшем секрете во дворце. Путешествия в столь отдалённые области были под запретом даже для их элитного подразделения стражей, и Рвазар подозревал, что руководивший их деятельностью Маронон совершенно сознательно скрывал от подчинённых все «лишние» сведения.

Приходилось подолгу останавливаться у каждого ответвления, ожидая пока теперь уже целая группа разведчиков вернётся с докладом. Провизия подходила к концу и, хотя съедобного мха вокруг было вдосталь, живности на пути попадалось с каждым переходом всё меньше.