Отродье

Да, Солкис помогал Кременькану составлять речи для Дорки, лидера черни, а за время своей недолгой службы во дворце успел изрядно пустить всем пыли в глаза, но разве стал он от этого мастером риторики, способным убеждать в чём угодно? Ох, лучше бы сидел тихо на складе и пересчитывал по десять раз на дню мешки с провиантом…

В сопровождении двух наймитов, он вместе с Импером шагал в Квартал черни. Солкис нервничал:

– Разве не стоило взять с собой больше наёмников? Всего двое ребят. Случись что… – решил всё-таки выразить сомнения не отличавшийся выдающимися физическими и волевыми качествами гном.

– Случись что, нас не спасут и две дюжины воинов.

За наёмниками, осуществлявшими переворот, а нынче помогавшими удерживать власть, так и не закрепилось название стражей или хотя бы солдат. Наймиты, наёмники, воины, бойцы, мордовороты, даже головорезы или садисты – пожалуйста. Но ассоциирующиеся с дисциплиной и воинской выучкой звания – так не называли себя даже в шутку сами охранники новой власти.

– Квартал снова живёт по своим законам, и раздражать их следует только в нужном нам русле. Мы ведь всего лишь мирная делегация, угрозы не представляем. Сейчас захватим ещё несколько наших ребят из числа законнорожденных и прямиком в гости к Безбородому пророку, как уже было оговорено ранее.

Солкис опять уточнил:

– Ты уверен в этих парнях, Импер? Законнорожденные, они, знаешь ли…

Импер беззаботно расхохотался:

– Не ссы! Они такие же законнорожденные, как и ты.

Чисто номинально, но не по денежной части. Им строго наказано подыгрывать тебе, какую бы херню ты не нёс. И они тоже знают, что спрос будет с тебя, а не с них, – уже в который раз намекнул на ответственность Солкиса Импер.

Неподалёку от входа в туннель, ведущий в Квартал, к ним присоединились те самые «представители Пещеры ремёсел», что жили на жалование из королевской казны и выполняли в счёт этого разные мелкие поручения. Находить подобных гномов было важной составляющей внутренней политики новой власти.

Прикормленные лодыри спокойно жили своей прежней жизнью, стараясь ничем не выдавать истинный источник их благоденствия. Общались в привычном с детства кругу, но передавали все слухи и полученную от близкого окружения информацию Имперу. Тот собирал таким образом сведения, получить которые представителю власти без пыток было проблематично. Собирал, накапливал, но действовать не спешил.