Третья Орда

Никакой необходимости в этом не было, Афелис с Мавриком и так быстро встали, но предатель-эльфик не мог отказать себе в удовольствии навредить любимцу шаманов.

Потирая ушибленные руку и бок, Афелис постарался поскорее выбежать из шатра. На ходу натягивая на себя латаный-перелатаный полушубок, случайно найденный во время многочисленных поисков строительных материалов, юноша максимально отдалился от мерзкого эльфа. Лишь затем принялся за работу. Орки действительно умели полностью загаживать местность, на которой оставались дольше недели.

К поляне неспешно подтягивались зеленокожие оккупанты со всех ближайших окрестностей. В последнее время они собирались достаточно редко, предпочитая кучкованию на руинах великого города охоту в лесах и выпас скота на заброшенных нынче полях. Без жёсткой руки Орда быстро распадалась на бесчисленные племена, каждое из которых хотело жить по собственным правилам.

На Афелиса орки давно не обращали никакого внимания. Убирающегося Маврика иногда кто-нибудь щупал за ляжку, но тот похудел за последние месяцы так сильно, что не вызывал аппетита даже у вечно голодных зеленокожих созданий.

Отец Маврика недаром строго предостерёг сына принимать от орков любые нежданные подачки в виде еды. Афелис тогда поначалу обрадовался, решив, что сговорчивый южный король наконец-то пошёл на принцип и отказался сотрудничать с монстрами. Однако вскоре выяснилось, что отдельные любители человечинки специально подкармливали приглянувшихся пленников, чтобы полакомиться не только костями и жилами.

С тех пор Маврик на недоедание больше не жаловался.

Вскоре появились шаманы. Афелис давно пришёл к выводу, что среди Третьей Орды это совершенно отдельная каста. Щуплые, сутулые, замкнутые вне своего узкого круга. Они походили на остальных орков не больше, чем ослик на боевого коня богатого рыцаря. И тем не менее именно они дёргали могучих ханов за невидимые ниточки, крайне редко беря инициативу в свои руки открыто.

Вот и сейчас лишь немногие орки знали, что собрание решил организовать шаман Рок, а не какой-то заурядный хан, оставленный Горрыком за главного на случай непредвиденных обстоятельств.

– Э-э-э… У-у-у… А-а-а… – «репетировал» хан свою речь, забравшись на большой пень, который с трудом приволокла дюжина пленников. – Значит, хм, это! То-то! Ага.

Афелис заметил, что рука Рока не отрывается от лица, тот явно не был впечатлён репетицией.