Психоэтика

И в первую очередь здесь следует обратить внимание на работу известного немецкого философа и психолога Фридриха Иодля «История этики в новой философии: Кант и этика в девятнадцатом столетии», впервые опубликованную в конце XIX века. Отметим и тот многозначительный факт, что только лишь имя Иммануила Канта – из всего впечатляющего перечня мыслителей Нового времени, этические концепции которых проанализированы в цитируемом труде – было включено в название книги. Видимо, потому, что Иодль, как, собственно, и научная элита XVIII—XIX веков, понимал фундаментальное значение и высочайшую интеллектуальную планку трудов Канта, так и не превзойденную в последующие столетия.

В том числе – и в сфере обоснования этических принципов, имеющих непосредственное отношение к процессу бытия человека и общества, с позиции новой философии, появление которой он предсказывал.

И здесь мы позволим себе дополнить энциклопедическое исследование Иодля фрагментами эпистемологического анализа некоторых ключевых тезисов Иммануила Канта, Артура Шопенгауэра, Эдуарда фон Гартмана и Фридриха Ницше, которые, как нам представляется, имеют непосредственное отношение к обоснованию концепции психоэтики с позиции Новой философии Канта и, соответственно, установок авангардной науки, которую представляет и современная психотерапия.

Итак, главный тезис Новой этики Канта, процитированный в историческом труде Иодля, сводится к тому, что: «Необходимо выработать раз и навсегда чистую нравственную философию; Кант понимает под этим философию, которая очищена от всего того, что происходит из опыта и относится к антропологии.

Эта задача возникает не только из умозрительных побуждений „изолировать источник априорно заложенных в нашем разуме практических положений“, – она также в интересах самой практики, ибо нравственный закон во всей чистоте и истинности – так полагает теперь Кант – может быть найден только в чистой философии» (Ф. Иодль, цит по изд. 2016).

При этом проведенный нами эпистемологический анализ многих других высказываний этого выдающегося мыслителя показывает, что Кант, намного опережая свое время, предписывает функцию генерации феномена сознания – из которой, собственно, и выводится процесс конструирования «объективной реальности» – душе или, как мы бы сказали, внесознательным инстанциям психического.