Враги креста

Федотов, «Судьба и грехи России», т.1, СПб., 1991, с. 193,224).

Патриарх Московский и всея Руси Алексий II любит ссылаться на закон мученичества – не идти без нужды на казнь. Но разве сей закон допускает стать предателем конфессиональных интересов? Эмигранты избегли террора, как сергиане. Однако первые употребили это для дальнейшей схватки с антихристом, а сергиане – для конформистского альянса с врагами Христа. Перед моими глазами до сих пор сидит в своем кабинете теперешний патриарх, тогда управделами Московской Патриархии; подписывая очередное верноподданническое послание на имя председателя Совета министров А.

Н. Косыгина, одновременно рекомендует мне употреблять в проповедях побольше елея. Может, он хочет нынче сказать, что на благо Церкви водил правителей за нос, как выражается о своих деяниях митрополит Кирилл, агент КГБ? Иные епископы и пресвитеры во время гонений пользовались хитростью, вступая в закулисный договор с мучителями и подкупая их. Недруги пытали слуг Христовых для вида, не причиняя им никакого вреда. Но лукавство духовенства, удостоенного милости обманом, отвергает правило I св. поместного Анкирского собора. Поскольку подобные пастыри впали в грех из боязни и малодушия, принесли жертву идолам (а идолами, без сомнения, были Сталин и командно-репрессивная система) и тем хотя и на мгновенье осквернили свою душу отступничеством, они недостойны когда-либо приносить жертву и служить тому Богу, от которого отреклись не на словах, а на деле. Ни проповедовать, ни совершать литургию или иную службу им впредь нельзя. Для оправдания союза с кесарем московские иерархи, особливо митрополит Хризостом (Мартишкин), заявляют: не вступи Патриархия в сделку с Кремлем и Лубянкой, Церковь в России погибла бы, народ остался бы без таинств и треб, без панихид, молебнов и т.п. Но как же выжили в подполье миллионы греко-католиков, которые потом со всей своей иерархией, митрополитами, епископами, священниками легализовались на Западной Украине?! Неосергиане повторяют выхлестанные еще Достоевским аргументы Великого Инквизитора («Братья Карамазовы»). Антипод Христа в романе Достоевского полагал, будто люди «ныне… уверены более чем когда-нибудь, что свободны вполне, а между тем сами же они принесли нам свободу свою и покорно положили ее к ногам нашим». Мощная пропаганда дурачила граждан России, будто в стране рабочих и крестьян человеку дышится вольнее всего на свете.