Я чувствую, значит, я существую. Практические шаги к осознанности только для тех, кто хочет

Нахожу «застрявший» страх первого триместра беременности. Ткани грудной клетки мальчика, которые крепятся к верхушкам легких и трахее, отреагировали на ситуацию, когда была угроза жизни плода и запомнились, как страх смерти. Активизировался механизм защиты плода: замри, чтобы выжить. Ребенок затем адаптировался, но страх-то остался. Через какое-то время малыш, который развивается, бегает, смеется, вдруг встречается с триггером. Триггер срабатывает, запуская страх для манифестации. Итого мы имеем повторяющийся спазм тканей дыхательных путей при любой опасной ситуации в жизни мальчика.

С помощью техник выпускаем страх из тканей, размыкаем рефлекторную дугу со схемой в голове, адаптируем тело к существованию без страха. Через месяц спрашиваю маму, как дела. Мама подтверждает, что баллончик с лекарством не доставали, приступов не было (затем мы неоднократно встречались, и состояние осталось тем же).

Воспоминания, пережитые в детстве, самые стойкие, все уже об этом знают. Сейчас это из каждого утюга звучит: ищите причины всего в детстве.

Я далее в следующих главах покажу, как их искать, не примиряться с ними, а вычищать из тела и размыкать цепочку реакций, чтобы резонансов в течение жизни больше не возникало.

Масочный режим был во все времена

Маски, маскировка, массовость… Надетые на общество маски – это защита. Это щиты, которыми люди жонглируют. Человек, вращаясь ежедневно в среде, реагирует на маски и корки других людей, испытывает обиды и страхи, сталкиваясь с этими масками, испытывает ложные чувства, потому что все это не истина, не я.

Накапливая слой за слоем, тело перестает использовать себя как анализатор, не пропускает информацию, закрывается. Не чувствуя, не ощущая всем своим природным телесным ресурсом, мы обделяем себя, ограничиваясь стандартными анализаторами: глазами, ушами. Но частенько слух и зрение нас подводят, и мы им не доверяемся и сомневаемся. А что же остается? Если внутри нет опоры на чувственный опыт, который не накоплен? Либо идем, как слепые котята, на ощупь, и тут как повезет.

Либо мечемся в поисках сильного, кто хоть как-то слышит себя, но тогда проживаем его жизнь в вечных недовольствах.

Я с самого детства дружила со всеми. В классе, в пионерском лагере, в институте все делились на группы. Выяснения отношений, отстаивание своих позиций – вся эта возня меня никогда не интересовала. Я общалась со всеми. В разных компаниях мне интересны были люди, я не слушала наветы и не принимала мнения.