Доступно о вечном

За гордость свою лишились духи злобы райского блаженства, и их места занимают теперь люди за смирение! Оно нас ставит выше сетей диавольских (Оптинские старцы: Наставления, поучения, дневники. С. 551).

Три девушки шли по железнодорожным путям и оказались между двумя встречными поездами, но все три остались живы. Рядом стояли бесы и горячо спорили:

– Ты что не скинул первую под поезд? – кричали они одному. – Ее душа была бы нашей!

– Я не мог: на ней надет крестик!

– А ты почему промедлил? Вторая-то без креста! – кричали они другому.

– Она хоть и без креста, но осенила себя крестным знамением.

– Ну, а ты чего зевал? Третья-то совсем неверующая!

– Так-то оно так, да ее мать перекрестила на дорогу и сказала: «Иди с Богом!» (Прихожанин (интернет-журнал). О вере).

Человек спросил своего Ангела-хранителя:

– Почему, когда мне хорошо, ты идешь рядом и на песке остаются две пары следов —

мои и твои? А когда мне плохо, ты покидаешь меня – на песке я вижу только одни, мои следы?

И Ангел ответил:

– Когда тебе плохо, я несу тебя на руках (Фомин А.

Один раз сидел бес в образе человека и болтал ногами. Старец, видевший это духовными очами, спросил его:

– Что же ты ничего не делаешь?

Бес отвечал:

– Да мне ничего теперь не остается делать, как только ногами болтать: люди всё делают лучше меня (Жил человек… 101 притча. С. 176).

Как-то раз одному монаху стало очень больно за бесов.

«Ты – Бог, и, стоит Тебе захотеть, Ты можешь найти способ спасти этих несчастных бесов, которые сперва имели столь великую славу, а сейчас обладают всей злобой и коварством мира, и если бы не Твое заступничество, то они погубили бы всех людей».

Вдруг он увидел рядом с собой морду пса, который показывал ему язык и будто передразнивал. Видимо, Бог попустил это, желая известить монаха, что Он готов принять бесов, лишь бы они покаялись.

Посмотрите: падение Адама уврачевалось пришествием Бога на землю, вочеловечением. Но падение диавола не может быть уврачевано ничем иным, кроме его собственного смирения. Диавол не исправляется потому, что не хочет этого сам (Патерик старца Паисия. С. 104).

– Что ты стоишь здесь и плачешь? – спросил однажды преподобный Нифонт юношу, который стоял в дверях некоего дома и плакал.