Прерванный полет

Да так сорвали, что и до сих пор непонятно, что именно ему следует совершить.

Но что-то точно следует. Именно в этой долине.

Юсуф тяжело вздохнул.

Ничего хорошего ждать от вертолетов и их пилотов не приходится. Хотя попробовать сыграть на вражде местных государств друг к другу было бы неплохо. Но для этого надо понять собственное задание. Будь она проклята трижды и еще трижды, эта головная боль. Она, конечно, почти заглушена, но можно было не сомневаться – возвратится. Возвратится непременно.

Но главное – это царапающее, словно заноза, ощущение: он, прошедший невероятную подготовку, не учел только одного: что наступит момент, когда он не сможет что-то вспомнить… Что-то важное, от чего зависит жизнь и смерть его самого и того, кому он верно служил.

Он раздраженно прищелкнул пальцами. Но никаких воспоминаний не последовало. Оставалось лишь ожидать ночи и только тогда двигаться дальше. А там и попробовать спуститься в долину – лучше всего, если в этот момент облака скроют луны. Но на такую удачу рассчитывать не приходилось.

Через некоторое время Юсуф задремал.

Пришедший сон оказался воспоминанием – видимо, Юсуф слишком долго мучился, пытаясь вспомнить, какое же задание было поручено его высоким покровителем.

Теперь покровитель напоминал о себе.

Все события сна выглядели ярко, как будто перед Юсуфом мелькали кадры кинофильма…

…Брат-лидер протянул ему руку. Для иного из подданных, не занимавших никакой должности, уже одно это было бы великим событием в жизни. Но Юсуф прекрасно понимал, что его вызвали сегодня совсем не затем, чтобы осведомиться об отце и семье.

Тем более если ожидался праздничный парад.

Сейчас брат-лидер сменил свой обычный халат-галабию на адмиральский мундир с парой дюжин орденов. Больше всего он любил появляться именно в нем, хотя еще до свержения короля служил в сухопутных войсках.

– Не слишком долго тебя досматривали?

Юсуф отрицательно помотал головой.

– Вот и хорошо. Давай сразу к делу.

Брат-лидер улыбнулся – совершенно безмятежно. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Юсуф увидел совершенно иное: сжатые уголки губ выдавали болезненную тревогу. К тому же он почувствовал, что у его покровителя мучительно болит голова. Конечно, к услугам правителя страны, плававшей на нефти, были какие угодно доктора. Но к лекарствам брат-лидер относился с презрением, да и не помогли бы они сейчас.