Мальчик и САЛОвей. Столкнулись старые враги и новые друзья

Лапы вытягивать сложно…

Что!? Брюхо? Лапы?

«НЕЕЕЕТ!»

Эмоция, подобная визгу проклятой циркулярной пилы, которой сообщили, что жертвы закончились, сверхзвуковой волной метнулась вдаль. Трагедия заглушает всё вокруг кроме личной боли. Но если прислушаться…

Пять вспышек протеста плюс промежуток леденящей душу тишины нарушили покой города. Ненависть и месть толкали под ливень отнюдь не грибы. Ночь принимает, и не такое за миллиарды лет видела.

Стекло в окне детской комнаты затряслось от грома. Мальчик двенадцати лет сел.

Кровать скрипнула, как на кошку наступили. Одеяло отлетело в сторону. Руки спросонок елозили по кровати. Пальцы чувствовали холод там, где должно быть тепло.

Свист… Нет. Это раньше Друг в кровать на свист прыгал. Тёплый, добрый, мягкий… живой… Теперь скакать некому. Умом ясно: старость, пёс прожил почти дюжину лет. Но несправедливо! И горько…

Мальчик лёг на правый бок, спиной к окну. Руки охватили колени. Тело тряслось от беззвучного плача и прохлады – окно открыто.

Раньше он мечтал вырасти закалённым и сильным, как Суворов. И всех победить. Но смысл…

Глаза смотрели на фотографию справа от двери – единственную с Другом.

«Умоляю, любой, кто слышит и может помочь… Прошу, верните мне Друга – что угодно отдам, маму всю жизнь слушать буду… Я готов на всё…»

Дождь. Капли по стеклу – и по лицу.

Комната на шестнадцатом этаже. Голые стены, светлый потолок. Чёрное пятно люстры. За окном без занавесок пыхают молнии.

«Раскат… Теперь точно не заснуть.

Если бы тихо, то покемарил бы… Вряд ли. Не гром – так петарда. Не петарда – так салют. Не салют – гудок, крик, лай… Вот и не спишь который месяц. Разве урывками, от случая к случаю».

Ортопедический матрас без усилий сносил движения хрупкого тела.

«В молодости как дашь хропака… Придавишь койку, наспишь мозоль… Но разве я сон ценил? Нет, не спал, учился. Если бы кутил! И что? Результат – без сна и смысла. Может, не сплю, чтобы невзначай, не решить не проснуться?»

Матрас снова без труда перенёс смещение хозяина.

«Снов не хватает. Как хочу опять увидеть! Бесплатно бы работал – за сны…»

Существо сидело под елью высотой в два этажа. Колючки давали условную защиту от ливня: разбивали потоки на мелкие капли. Светильники над дорогами освещали новое тело.

Тело собаки. Тьфу. Даже не собаки – собачки.

Осмотрим то, что видно – а собаке заглянуть туда, куда человек не дотянется – плёвое дело.

Степень свежести – далеко не первая.