Мальчик и САЛОвей. Столкнулись старые враги и новые друзья

Способности – бегать трусцой максимум. Энергоёмкость никакая, энергопроводность – как у косточки. Заряда молнии хватит на неделю. Хочу подпитку. Лучше – подпитище. Благо, у собак полно зубов, и кровь добыть – раз плюнуть.

Что даст мощный заряд? Например, кровь призвавшего.

И где он живёт?

О, собачий нос ещё на что-то способен. Туда.

Существо скреблось когтями о подоконник из жести. Передние лапы зацепились за решётку. Створка приоткрыта – для свежего воздуха – и незваного гостя. Голова просунута сквозь прутья.

Уличный светильник дал осмотреть жилище жертвы. В дальней стене дверь. Слева – стол у окна и шкаф с книгами у дальней стены. В правом дальнем углу закрытый шкаф, под окном – кровать, почти вплотную к столу. Над кроватью висит картина с чудищами.

Шаг. Ещё.

В постели жертва, спиной к окну. Спит – и не знает, что…

Сквозь окно – жёлтый свет фонаря помогает увидеть стул со спинкой. Пол скользкий, из гладкого дерева. Когти разъезжаются. И как эта собака при жизни здесь ходила? Ползком.

Не иначе.

Существо передними лапами опёрлось о стул, задними скреблось по паркету. Стул скрипел, то застревал, то двигался. Существо ругалось шёпотом – слов не разобрать, но интонация однозначная.

Наконец спинка стула вклинена под дверной ручкой, ножки стула – в пол. За дело!

Стать на задние лапы. На коготки. Кто там у нас? Мальчик, даже во сне понурый и сутулый. Тёмные волосы, бледная кожа. Синяки под глазами. Ещё лет пять – и мощи с него бы в сто раз больше. Но сила нужна сейчас.

Цель оправдывает средства.

Передние лапы на пол, тело сгруппировать – прыг.

Кровать скрипнула – добыча ворочается. О! Ням!

Ножка высунулась из-под тёплого, мягкого одеяла. Для глаз этого тела мишень похожа на тёмное пятно с отростками, но воспоминания добавляют то, что должно быть. Ветерок качнул штору. Пальчики сжались – прохладно, вот-вот исчезнут. Ищи потом в грудах белья… Вперёд!

Светлая грусть сна – как торжественный реквием: тягостная, щемящая печаль струилась сквозь мальчика.

Шквал багровой черноты смёл светлый сон. Друг под звуки «Du, du hast, du hast mich» оседлал хозяйскую ногу, нарушив строжайший запрет. И рывок, рывок, рывок…

Резкий выдох. Мальчик сел на кровати. На потолке тени сплелись в знакомый узор. Фух, сон. Но почему нога дёргается? Так делал Друг…

Неужели?

Да?!!!?

Мольбы исполнены?

Нога действительно дёргается, тёмные очертания на Друга похожи…

Надежда захлестнула, как цунами 2012.