Я больше не боюсь. Невыдуманная психотерапевтическая история

В такие дни Аня садилась к ней на край кровати и рассказывала последние новости, делилась впечатлениями о новом городе, поисках работы, пыталась шутить… Это очень напоминало времена из детства, когда будучи маленькой девочкой, Аня ходила в цирк с родителями, а потом вот так же садилась на кровать и в красках рассказывала обо всем, что произошло там. О вкусе сладкой сахарной ваты. О том, как клоун вызвал ее на сцену и подарил потом шарик. О том, как невероятно выглядела ассистентка фокусника в своем бордовом платье с блестками.

Бабушки не стало на следующий день после Дня Рождения Ани.

А меньше чем через год, за несколько дней до Дня Рождения девушки, умерла мама – один из самых близких людей в жизни девушки. И у Ани стало два ангела-хранителя.

Буквально за несколько месяцев тяжелая болезнь забрала жизнь у того, кто был для Ани опорой, поддержкой и человеком, который принимал ее такой, какая она есть. Мама всегда была готова помочь советом.

Пока мама болела, девушка ни разу не услышала от нее ни одной жалобы, ни намека на страх перед смертью. Только чуть позже Аня поняла, что таким образом она пыталась уберечь близких от страданий и переживаний.

До последнего дня она говорила по телефону с улыбкой и старалась с юмором рассказывать о тех сложностях, которыми была наполнена ее жизнь в тот момент.

То время девушка вспоминает как в тумане. И до сих пор не может поверить, что уже никогда не сможет попросить прощения у своих близких людей и сказать, как сильно любила и будет любить всегда.

А еще… Аня не могла плакать. Ни в тот момент, когда не стало бабушки. Ни тогда, когда из жизни ушла мама. Как будто в один момент высохли все слезы. Осталась лишь пустота внутри и ощущение комка в горле, который давил невыраженной болью и чувством вины, которое не давала покоя.

Да, девушка считала себя виноватой. В том, что не смогла ничем помочь. В том, что была недостаточно чуткой и внимательной, когда ее самые родные люди были живы. Ей казалось, что частично она виновата в том, что их не стало так рано. И тогда она еще не могла понять: в ней не было намерения причинять боль своим близким. Ведь о настоящей вине можно говорить только в этом случае.

Но об этом она узнала позже.