Трубадур: Начинающий артефактор

Рядом послышался короткий смешок Лукины.

– Ты был уличным артистом? Чем же тебе нравилось петь и танцевать на забаву публике? Это же удел шутов, скоморохов и трубадуров.

Ее суждение меня несколько оскорбило, однако сделать я ничего не мог – на таком уровне тут театральное и музыкальное творчество. Наслушался уже, да и видел пару раз местных актеров с певцами. Тихий ужас просто. Эмоции показывают навыпят, настолько гротескно, что больше напоминает кривляние обезьян перед зеркалом. Сценарии постановок тоже незамысловаты, как и местные песни.

Ни разу не встретил тут что–то, что выбивалось бы из сюжета про доярку Лолину или подвига какого–то рыцаря или короля. Я, конечно, утрирую, были тут и достойные произведения, но их было можно пересчитать по пальцам одной руки.

– Я понимаю твой скепсис. Но мой мир в этом плане шагнул куда дальше вашего, уж поверь.

В ответь я услышал лишь скептичный смешок. Который и был последней каплей, переполнившей чашу моего терпения.

– Ладно, раз уж ты не веришь, давай я тебе кое–что расскажу.

На днях тут ради практики перевел со своего языка.

– Давай, – с улыбкой произнесла Лукина. – Хоть время убьем.

– Ну, ну, – я вскочил с земли, встав перед ней. – Михаил Юрьевич Лермонтов!

Я не унижусь пред тобою;

Ни твой привет, ни твой укор

Не властны над моей душою.

Знай: мы чужие с этих пор…

Я вспомнил, как пару лет назад услышал это стихотворение в ютубе. Впечатлило сильно. До такой степени, что пару минут сидел и просто смотрел в экран.

Именно тогда и увлекся заучиванием стихов. С тех пор много воды утекло, много стихов было заучено, но это – первое. Его я помнил всегда, возможно именно поэтому я решил перевести его первым. И похоже, на Лукину оно произвело огромное впечатление. Сидит, молчит, затуманенный взгляд вдаль. Ну, думаю, нужное впечатление произведено.

– Это было… иначе, – наконец отмерла Лукина. – На голову выше наших произведений.

– Я же говорил.

– Беру свои слова назад, – улыбнулась женщина.

 – Это было потрясающе.

Довольная улыбка посетила мое лицо. Люблю, когда хвалят.

– А где девочки?

Улыбка слетела с моего лица, и я принялся активно озираться, в поисках искомых девушек. Лукина встала и последовала моему примеру. После нескольких секунд перешла к более активным действиям:

– Кина! Мика! Вика! – приложив ладони ко рту для усиления звука, выкрикнула она. – Где вы?

– БУ! – взорвался сзади нас на три тонких голоска.