Гиблый путь

Самым страшным в его положении оставалась эта упрямая невозможность забыть Свету, даже огромное количество спиртного только на короткое мгновение глушило горькие воспоминания. Дошло до того, что он начал проводить беседы с деревенскими забулдыгами, гоняя их всякий раз в сельпо взять в долг косушку под честное слово представителя закона. Они и рады были стараться, денег у тунеядцев отродясь не было, зато на разговоры были горазды, что не пьянь- то несостоявшийся профессор, страдающий за идею. Жалел их председатель, равно как и себя.

Умные люди, дельные слова говорят, не понимает их никто. Да кому же в деревне их понять – неучи сплошь, колхозники, одним словом. Если задумываться начнут – работа встанет, а этого допустить нельзя, тут, как говорится, не успел посеять, уже собирать надо, а проворонишь и собирать нечего будет. Замкнутый круг получается, да только выбился председатель из этой рутины, а что делать со свободой не придумал. Скоро и под честное слово перестали отоваривать его посыльных. Всё чаще он стал замечать косые взгляды тех людей, что ещё вчера с благодарностью крепко пожимали его руку, слышать свистящий шёпот за спиной.

Наконец, после долгого осуждающего молчания, признав ошибку в выборе человека, который будет старательно выполнять возложенные на него обязанности по устранению всех мыслимых и немыслимых проблем села, всё те же доброжелатели, ссылаясь на страшную болезнь под названием алкоголизм, беспричинно поразивший председателя, поспособствовали его отстранению.

Теперь, когда у него не было работы, ничто не могло удержать его в деревне.

Появилась маленькая надежда вернуть всё то, без чего жизнь его казалась пустой и ненастоящей. Там, в городе, у него подрастал сын.

Данил свернул с дороги и, не замечая расставленных пауком сетей, пошёл вперёд, машинально смахивая липкую паутину с лица.

Из глубокой задумчивости его вывели странные звуки. Он остановился и прислушался. Где-то впереди, за высокими кустами папоротника, слышался истеричный смех женщины, эхом разносящийся по всему лесу.

«Откуда бы ей здесь взяться? – удивился Данил вслух. – Грибов, ягод пока ещё нет. Может, траву, какую лекарственную собирает?»

Он пригнулся к земле и медленно стал пробираться через заросли. Женский смех приближался, и к нему добавился совсем уже непонятный звук, глухой стук, словно чем-то молотили по земле.

Данил тихо вылез из кустов, стараясь не попасться на глаза, дабы не подумали, что он за кем-то следит и … обомлел.