Околосмертные переживания и жизнь после смерти глазами православного скептика

И еще одна, крайне важная цитата:

«В православной литературе царство Света описывается в связи с приближением к Небу, в то время как в современной литературе, люди видели Свет, еще не перешагнув через таинственную черту, отделяющую тот мир от нашего».

Владыка Иерофей (Влахос) завершил написание своей книги «Жизнь после смерти» [33] в конце 1993-го года, еще будучи архимандритом.

«Нужно заметить, что у нас нет права отвергать весь опыт только потому, что он превосходит наш собственный.

Конечно, нужно быть очень осторожными и не принимать как истинный любой опыт, потому что нас подстерегает прелесть.

Доверять главным образом мы должны слову Откровения Божия, в нем усматривать путь к своему спасению, а неизвестное возлагать на Промысел Божий.

Не нужно приходить к полному отвержению всего, как поступают некоторые протестанты, которые верят в то, что после смерти душа находится в бессознательном состоянии или спешит тотчас оказаться «вместе со Христом».

Но не должно вести себя и подобно атеистам, считающим, что душа – это просто энергия тела, исчезающая вместе с ним.

Но нужно заметить, что было бы огромной ошибкой отождествить все примеры, все описанные случаи и состояния, когда у нас нет возможности разделить их по категориям.

Одни из них – плод психологического состояния, другие – плод сатанинского воздействия, а третьи – благодать и благословение Божии.

Ниже мы опишем некоторые подобные различия.

Есть разница между так называемой «клинической смертью» и опытом «в преддверии смерти».

Самое главное, не нужно отождествлять и смешивать все предсмертные и посмертные опыты, не возводить их к одной причине, потому что таким образом мы сделаем полную неразбериху.

В заключение темы мы можем сказать, что человек, приближающийся к смерти, ощущает иную действительность, о которой, возможно, ранее он не знал ничего. Мы полагаем, что подлинной жизнью является та, которую мы видим.

Но поскольку существует не только чувственное, но и умное творение, то за пределом чувственного мира существует и другой мир, не поддающийся анализу ни чувств, ни разума.

Тот, кто подходит к смерти, подходит к действительности, подходит к истине. Ложь связана с заключением нашим в чувственном мире».

Было бы наивно ожидать, что епископ Александр (Милеант) и митрополит Иерофей (Влахос) рискнут «кинуть большой камень» в огород С. Роуза.

Но все что ими сказано не требует комментариев.