Любовь бабочки. Оазис

Две борзые играли в шахматы около ванны. А что тут такого? Разве она жила не в Верхнем Вест-Сайде? Чарли первым заметил Адама и шепнул Майклу: – Ну что, болван, пора начинать шоу!

Они поднимались по лестнице, Адам спускался им навстречу с лучезарной, словно солнце Флориды, улыбкой. Его длинные каштановые волосы были стянуты в конский хвост, все же на хиппи он не походил. В его изящной белой куртке сафари и брендовой дизайнерской тенниске, и круглых солнцезащитных очках в золотой оправе, он напоминал зажиточного обитателя пригорода Орландо, сибаритствующего в особняке стиля ар-деко, а не хиппи, ошивающегося в Парке Вашингтона.

Братья обнялись, и Адам воскликнул:

– Эй, братишка, рад тебя видеть! Вижу, ты в отличной форме!

Он снял очки и обратился к девушкам.

– А кто эти две прекрасные жемчужинки, которых вы привезли с собой?

Майкл представил сначала Шарлин, а потом Вики.

– Адам, познакомьтесь, это Вики, моя девушка, – он экспрессивно жестикулировал, обращаясь к девушкам, – мой старший брат, Адам.

Этот парень намерен стать самым известным адвокатом Манхэттена, и станет, вот увидите!

Не успел Адам и покраснеть, как Чарли залился гулким хохотом, хлопнув Майкла по плечу, как он обычно делал.

– Эй, а как же я? Я ведь одушевленный предмет, как-никак.

Теперь, когда формальности можно было опустить, они все последовали за Адамом к патио. Вики чувствовала себя столь незначительной на фоне высоченных мраморных колонн, устремленных ввысь, будто исчезающих в небе. Оглянувшись назад на обширный газон, она заметила водоем.

С возвышения двор казался еще прекраснее. Ее умилила небольшая стая уток, рассекающая водную гладь прудика.

– Чарли, сколько лет, сколько зим, как ты поживаешь? – спросил Адам, когда они вошли в дом, минуя огромные двери из красного дерева.

– Все круто, приятель. А как у тебя?

– Все как обычно, – ответил Адам.

«– Да будет тебе, Адам», – сказал Чарли. – Ты получишь диплом через месяц, Майкл сказал, у тебя грандиозные планы. Будешь большим человеком, это точно!

Адам обратился к девушкам.

– Парни, девочки здесь прежде не были, вы что забыли?

Он описал рукой полукруг, словно демонстрируя обширное лобби. Это был большой холл с паркетным полом. Стены были окрашены в кремовые тона и увешаны красивыми картинами, а отделка из дерева была цвета насыщенного авокадо. Квадратный персидский ковер в оттенках бордо, пунцового красного, золотого, коричневого и зеленого, добавлял помещению уюта.