100 дней до весны. Как пережить зиму в Петербурге и не сойти с ума

Неужели он похож на человека, который будет жить в двухместном номере? Неужели его считают не способным заплатить за отдельный номер? Неужели в гостинице нет для него номера suite, в котором он сможет насладиться заслуженным одиночеством?

Suite как раз освобождался, и его попросили подождать, пока горничная уберет комнату. В то время как участники делегации суетливо развозили чемоданы по своим номерам, Владимир Николаевич гордо мерил шагами холл.

Через полчаса руководителю группы позвонили с ресепшен, объясняя, что новый постоялец suite чего-то требует, но произносимый им набор английских слов не позволяет понять, что же ему нужно.

Руководитель группы, чудесная женщина, всю жизнь проработавшая в Доме дружбы, отправилась к Владимиру Николаевичу.

В двухкомнатном номере на журнальном столике стояла бутылка спирта «Royal», а на блюдце томился мелко нарезанный лимон.

– Что случилось, Владимир Николаевич? – с порога спросила Надежда Геннадьевна.

– Надя! Ну я же не могу пить один. Давай. – Он протянул ей полстакана разбавленного спирта. – За Лондон!

68 дней до весны

24 декабря

ВОИСТИНУ АКБАР

Каждый год я с некоторой завистью наблюдаю за тем, как Европа готовится к Рождеству. У нас его потеснил Новый год, ставший любимым народным праздником, а Рождество осталось праздником религиозным.

Конечно, это политически верное решение для многоконфессиональной России. И теперь у нашего великого многострадального народа вместо одного праздника – три: католическое Рождество, православное Рождество, а между ними – Новый год! А еще мы Хануку можем отпраздновать и Курбан-байрам.

Прихожу я как-то к своему товарищу, поздравить его с Пасхой, и вижу за столом нашего одноклассника татарина. Он долгое время был правоверным мусульманином – исполнял намаз, покупал специально убитое мясо, отмечал мусульманские праздники.

– Христос воскресе, Олег! – говорю я приятелю. – Аллах Акбар, Илгиз!

– Воистину Акбар! – отвечает Илгиз, поднимает рюмку водки, и я замечаю бутерброд с салом в другой его руке.

Я с недоумением смотрю, как он одним махом опрокидывает рюмку, с наслаждением закусывает салом, расстегивает сорочку и гордо показывает висящий на шее массивный золотой крест. Крестился. Радость ведь вот! Братских народов союз вековой!..