Ангелы и бесы духовной жизни по учению восточных отцов

Василий приобрел известность своей замечательной работой о тогда еще мало известном святом Григории Паламе («Аскетическое и богословское учение св. Григория Паламы»).

В 50-х годах о. Василию пришлось покинуть родной монастырь. Тогда же я с ним познакомился в Афинах, где мы часто встречались либо в русской церкви св. Никодима, либо в Национальной библиотеке, где мы оба работали в отделе древних греческих рукописей.

В 1951 году, благодаря ходатайству митрополита Германоса Фиотирского, о. Василию удалось получить приглашение в Оксфордский университет, для работы над составлением «Греческого Святоотеческого Словаря».

С тех пор и развернулась его научная деятельность по святым отцам Церкви и, главным образом, по научному изданию греческого подлинника трудов прп. Симеона Нового Богослова, во французской коллекции «Sources Chretiennes». Итогом этой работы стала блестящая монография о прп. Симеоне, вышедшая одновременно по-русски и по-французски в 1980 году.

Я должен, конечно, упомянуть о его частом присутствии и деятельном участии в литургических ежегодных съездах в Богословском Институте в Париже.

Мы радовались его выступлениям на общих собраниях этих ученых съездов.

Уже по приезде в Оксфорд о. Василий принял священство; а в 1959 году состоялась в Лондоне его хиротония как епископа для Бельгийской кафедры Московской Патриархии. С 1960 года до самой кончины владыка Василий жил в доме при русском храме в Брюсселе.

За эти 25 лет своего епископства Владыка Василий активно участвовал в междухристианских и всеправославных съездах и совещаниях как представитель Московской Патриархии.

Будучи глубоко преданным Русской Церкви, Владыка Василий скорбел о ее состоянии подневольности в отношении к советскому государству. Его голос был одним из немногих, прозвучавших во время заседаний Московского Собора в 1971 году, когда он выступил в пользу тайного голосования при избрании будущего Патриарха Московского.

Тогда же Владыка Василий публично и повторно выступал против так называемых постановлений 1961 года о приходах.

Он оспаривал эти постановления как противные канонам, нарушающие единство церковного управления, передающие всю власть в приходах мирянам, одним словом, вредные для Церкви.

«Почему же вы все молчали?» – спросил он одного архиерея. «Мы забиты, мы не можем говорить, но Вы говорили от имени всех. Спасибо Вам. Все архиереи слушали Вас и были согласны с тем, что Вы говорите. Все архиереи лобызали Ваши уста».