Рука дающего не оскудеет. О добродетели милосердия

– Дай Бог, дай Бог… Конечно, поговеть-то лучше: наше дело грешное – что ступил, то и согрешил; неровен час и того… помереть недолго, – слышалось в ответ, а Аким Петров Маммонов вошел в церковь, пробрался сквозь редкие ряды богомольцев к правому клиросу и стал около него.

Непривычно было ему молиться, и думы его дружно тянулись к торговле, к хозяйству: соображал он, как бы удобнее перевезти к празднику товарцу из города по наступившей уже распутице, как бы заставить некоторых мужиков отдать ему деньги и тому подобное.

Но среди своих обычных размышлений оглянулся он на собравшихся богомольцев и на многих лицах этих бедняков заметил то, чего уже давно не появлялось на его сытом, горделивом лице. Вот старушка, опустившись на колени пред образом Спасителя, шепчет: «Господи, Царь Небесный! Помилуй меня, грешницу… Мать, Пресвятая Богородица! Спаси меня, окаянную…» – а слезы между тем текут из ее старческих очей, с верой и любовью обращенных к образу. Рядом со старушкой горячо и громко вздыхала молодая женщина; тут же около нее бедно одетый с умным лицом крестьянин вслушивался в чтение псаломщика.

Одиноким почувствовал себя Аким Петров среди всех этих простых людей, собравшихся в храм помолиться Творцу. Жутко стало у него на сердце среди благоговейной церковной тишины.

Вышел священник из алтаря и пред Царскими вратами звучным голосом произнес молитву: «Господи и Владыко живота моего…». Все клали земные поклоны… Но вот на клиросе стройно запели: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи…».

Вдумался Аким Петров в смысл прекрасной молитвы и сладких евангельских слов, тронули они его огрубелое сердце, в нем заговорило что-то новое, небывалое… Напомнили они ему забытые им наставления давно уже умершей матери – жить по-Божии, жалеть людей, молиться о Царствии Небесном. Рядом с этими воспоминаниями в глубине его души шевельнулась совесть. «Не достоин ты, – заговорила она, – Царствия Божия, а удалила от него тебя твоя грешная, безобразная, скотская жизнь».

Пал на колени Аким Петров, и из его зачерствелой души вырвался первый, после многих лет бессовестной жизни, покаянный вздох, первый молитвенный вопль…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/sbornik/ruka-dauschego-ne-oskudeet-o-dobrodeteli-miloserdiya/) на ЛитРес.