Смерть кукловода

Когда Дмитрий вошел в зал искусств «Дома книги», Полина Петровна как раз закончила читать главу из своего нового романа и отвечала на вопросы читателей.

– Конечно, я же вселенское зло! – весело и громко заявила она, глядя поверх очков на худенькую девушку с книжкой в руке, задавшую какой-то банальный вопрос о вдохновении и идеях. – Я сама придумываю все убийства и преступления, сама их совершаю, сама же нахожу убийцу, и все это на страницах книг.

– А почему вы стали писать детективы? Вы были таким замечательным филологом-пушкинистом.

Я читала ваши научные статьи, – сообщила осведомленная пожилая дама в круглых очках и длинной клетчатой юбке.

– Вы знаете, среди ученых-пушкинистов то и дело встречаются неприятные личности. Такие неприятные, что хочется придушить их своими руками, – доверительно сообщила Полина, демонстрируя поклоннице руки, которыми собиралась душить пушкинистов. – Пять лет назад на научной конференции я чуть было не подралась с одной очень заслуженной дамой – доктором наук. Вернее, подралась бы, но нас благоразумно развели по разным комнатам и угостили коньяком.

Вечером, вернувшись домой с конференции, я никак не могла успокоиться. И чтобы хоть как-то прийти в себя, решила набросать небольшой фельетон. Но стоило мне начать писать, как я поняла, это будет целая книга, детектив или даже триллер. Вы читали мою первую книгу «Месть поэта»?

– Конечно! – закивала поклонница.

– Тогда вы понимаете, о чем я говорю, – улыбнулась Полина.

– Знаете, эта книга мне очень-очень понравилась.

 – Щеки пожилой дамы запылали лихорадочным румянцем. – Я работаю в библиотеке и так хорошо вас понимаю. Читатели тоже бывают разные. – Она вздохнула и рассеянно взглянула на свои руки: видимо, и ей порой хотелось кого-нибудь задушить.

Полина какое-то время любовалась ее реакцией.

– Ну вот, а после первого убийства, то есть я хотела сказать, после первой книги, я уже не смогла остановиться, – самодовольно добавила Антонова.

Стоя в стороне от писательницы и ее фанатов, Стриженов рассматривал Антонову, решая, как бы к ней подступиться.

Судя по тому, что он слышал, Полина была эпатажна и остра на язык, но вряд ли она станет общаться с журналистом, который хочет обвинить ее в убийстве.

Нужно было действовать осторожно и хитро.

– Полина Петровна, – Дмитрий резко вскинул руку, чтобы задать писательнице вопрос, – у такой профессиональной убийцы, простите, я хотел сказать, профессиональной писательницы, как вы, должны быть соответствующие хобби.