Крылья

Да вас бы даже в Загсе развели безо всяких проблем – хватило бы только ее заявления, то есть – одной стороны! А так вы даже не женаты, и технически – она свободна.

– Не лезь в это! – Медведь окончательно рассвирепел. – Это уже наше с ней личное дело. Это касается только ее и меня! И не смей! – слышишь? – не смей говорить ей то, что сейчас мне сказал! Не смей ее против меня настраивать!

– Ой да господи ж ты боже мой, как разошелся, – Халат был удивлен, но его спокойствие не растаяло. – Будто я прямо что-то такое удивительное сказал.

Ладно, не переживай, я занимаюсь ее физическим состоянием и мне, в общем-то, все равно, что там между вами происходит.

– Что ты только что сказал? – голос Медведя стал тихим, низким и как-то странно завибрировал.

– Сказал, что мне все равно, что у вас…

– Я слышал, что ты сказал! – перебил Медведь с почти звериным ревом.

– Тогда зачем спрашиваешь?

Пепел снова попал в блюдце лишь частично. Определенно, невозмутимость Халата ничто не могло нарушить. Слишком уж комфортно он чувствовал себя в последнее время.

Воистину, мир был создан для него. А этот клоун перед ним – всего лишь досадное недоразумение, мелкая помеха, не более того.

– Затем, что мне вовсе не нравится, как ты это сказал.

– И как же? – полувозмущенно-полунасмешливо правая бровь Халата поползла вверх.

– Так, будто ты действительно имеешь какое-то право совать свой нос в наши отношения. Так, будто ты уже и сам в них лично участвуешь!

– Ооо, я, кажется, понял.

Халат улыбнулся. Вся эта ситуация все больше и больше его забавляла.

– Кто-то здесь, кажется, ревнует.

Пепел снова упал мимо блюдечка.

– Да, я ревную! Мне категорически не нравится, что ты общаешься с ней, что так говоришь о ней, что она пускает тебя к себе, а меня – нет, черт побери!

– Ну уж тут я не виноват…

– А почем мне знать?? Ведь результатов твоих осмотров так и нет, все наблюдения и наблюдения, мало ли, за чем ты там наблюдаешь? Мало ли, зачем ты сюда ходишь??

– Послушай, вот сейчас ты уже несешь откровенную чушь.

Я хожу сюда ради вас. Ради нее. Ради ее здоровья. И ради нашей дружбы, в конце концов! – Да, Халат больше не стеснялся врать. Он вдруг открыл в себе небывалый актерский талант, что очень помогало ему в продвижении к цели.

– И потом, она ведь вовсе не мой тип, ты же знаешь, – вот тут Халат уже не врал. – Вспомни хотя бы мою бывшую.

– Что-то не припоминаю.

– Ну как же? Такая высокая, такая блондинистая и такая… гм… округлая, где положено.