(Не) запретная для Альфы

– И что это?

Мои оборотни все это время с любопытством наблюдали за тщетными попытками своего альфы рвануть на поиски семьи. Головой и я понимал, что далеко не уйду, но сердце изнутри рвало мою грудную клетку, тянулось к моей девочке. Знал, что ей страшно. До меня смутно доходили ее эмоции. Мою истинную сильно напугали, сделали что-то нехорошее!

– Куда ты так рвешься? – прошелестела бабулька.

– Мне нужно идти, – закашлял от боли, внезапно стянувшей горло, – моей паре плохо там без меня.

– Твоя кровь все еще отравлена.

Я вытащила тебя с того света, – спокойно произнесла старая волчица, – так что будь добр, полежи еще и оклемайся. Никуда твоя истинная леди не денется.

– Вы не понимаете, – продолжал настаивать на своем, – она там совсем одна. С двумя маленькими детьми.

– Твоя пара настолько слаба? – высокомерно спросила эта бессмертная, – женщина, предназначенная судьбой самому верховному альфе?

– Кому? – не понял я, – слушай, мне плевать на твои слова. Нужно найти мою…

Но вдруг рыжая волчица подлетела ко мне и с силой вколола в плечо какую-то зеленую жижу.

После этого по коже стал растекаться приятный холод.

– Это специальный внутривенный сбор, – холодно произнесла наглая старушенция, – спящий оборотень выздоравливает куда быстрее, чем буйный. Закройте его, пусть спит и регенерирует!

– Чего? Да как ты смеешь! – рычал я, но даже мои оборотни лишь согласно кивнули.

– Это для твоего же блага, Лео, – сказал профессор, – мы найдем твою леди и малышей, даю слово.

Но сейчас, молю тебя, отдыхай!

С этими словами они все вышли из крохотной комнатушки, оставив меня скрежетать зубами от бессилия и засыпать из-за непонятной субстанции в моей крови. Но сон одолел слишком быстро и спустя минуту я уже вырубился. Мне ничего не снилось. Совершенно. Лишь серая пелена больного сна, утягивающая в свою глубину цепкими мягкими щупальцами.

Глава 18

Долгое гробовое молчание прервал хохот констеблей. Они с презрением осмотрели меня, затем начали тыкать своими сальными пальцами, при этом мерзко смеясь.

Да как эти безродные смеют? Так, вдох и выдох. Я почувствовала, что начинаю задыхаться от накатившего возмущения.

– Ты? Леди Уайтберд? Боже, ничего смешнее в жизни не слышал! – ржал крупный неприятный мужчина средних лет с густыми усами.

– Сравните фото! – выпалила я, хватаясь за ржавую решетку, но резкий удар рукоятью пистолета, чуть не попавший по пальцам, вынудил отойти немного вглубь камеры.