Червячок Игнатий и его чаепития. 20 сказочных историй

Игнатий раскачивался, любуясь жёлтыми шариками пижмы высоко над собой. Они были похожи на созвездия из маленьких солнышек. Эти созвездия перебегали с места на место, в такт качанию гамака. Перебегали быстрее и быстрее, потому что червячок качался изо всех сил, стараясь улучшить своё проветривание.

Наверное, пёрышко добавляло к раскачиванию и свои упругие силы. А тут ещё подул сильный ветер – и это оказалось чересчур для гамака. Ветер сорвал его, взметнул вверх и понёс всё выше и выше!

– Вот это проветривание! – выкрикнул червячок Игнатий.

Он успел как следует закрепиться на своём бывшем гамаке и теперь смотрел вниз. Жёлтые солнышки пижмы стремительно уменьшались, пока не превратились в крошечные искорки, почти неразличимые среди травяного ковра. Ветер поднял пёрышко выше самого высокого из окрестных деревьев, а потом затих. Пёрышко закрутилось в воздухе – и метко залетело куда-то, как мяч в баскетбольную корзину. Во всяком случае, так показалось червячку Игнатию, который ощущал себя частью этого мяча.

Но у баскетбольной корзины нет дна, а здесь оно явно имелось, потому что червячок лежал на нём в обнимку с пёрышком, от которого теперь решил отлепиться. Увы, сам он застрял между двух веточек гнезда – так, что не мог ни выползти, ни расправить свои прозрачные крылышки.

– Надо же, какое совпадение! – произнёс он вслух. – Птичье пёрышко прилетело обратно в птичье гнездо.

– Не обратно, – возразил ему чей-то громкий, но явно детский голос. – Это не воронье перо.

«Вот занесло!» – подумал червячок. Но вежливо сказал:

– Здравствуйте. Меня зовут червячок Игнатий.

Тут над ним навис большой клюв. И два любопытных глаза. Клюв приоткрылся (червячку стало очень страшно!), и тот же голос произнёс:

– Круто! А я думал, ты просто пища. Ну, а я Марфик. Воронёнок Марфик. Да не дрожи так, я ещё не умею сам глотать. Пока мать не прилетит, можем поболтать.

– А когда прилетит? – поинтересовался червячок Игнатий. – Что будет, когда она вернётся? Честно говоря, я не очень люблю, когда меня принимают за пищу.

– Когда мать вернётся, она тут будет распоряжаться, – вздохнул Марфик. – Она сильная. Знаешь, какой у неё клювище? Долбанёт – не понравится. Даст мне тебя съесть, так придётся слушаться. С ней не поспоришь. Она всегда повторяет: «Кто сильнее, тот правее».

– Глупость какая! – не удержался червячок Игнатий. – Ты тоже так думаешь?

– Мать говорит, мне ещё рано самому думать.