100 Советов Доктора Папы, или Как воспитать Счастливого Ребенка

Вдруг старушка быстро поворачивается ко мне, прыскает мне в лицо водой и смеется… Мама говорит, это меня вылечили от испуга…

– И тебя вылечила эта волшебница?

– Вылечила, конечно.

– Ты говорил, что научился играть по-настоящему… Ну и чему же ты научился?

– Еще не научился, но понял, что все вокруг не так уж безопасно, но на маму можно положиться, мама спасет…

– А вторая история?

– А вот вторая.

Опасности и Свобода

– Мы устали, у нас нет времени на привал, не успеем до прихода машины! – предупреждает Димка.

 – И воды почти не осталось, а эта из фумарольного ручья вся красная, ее нельзя пить.

– Но в кратере должен быть снег, набьем им фляжки – на обратную дорогу хватит, – сопротивляюсь я. – Еще немного осталось.

– У меня уже спина не разгибается, я ж не крот какой-нибудь – ползти пять километров на карачках. Не-е, мы возвращаемся. – Серега повернул к лазу между кустарниками, ведущему вниз по склону горы. За ним потянулись и все остальные.

– Ну и хрен с вами! Я сам пойду! – в сердцах выпалил я и повернул к противоположному тоннелю, ведущему к вершине.

Склоны потухшего курильского вулкана Баранского покрыты кустарником с плотно переплетенными упругими ветками. Когда-то геологи прорубили здесь несколько чем-то напоминающих норы проходов высотой не больше метра, ведущих к самому кратеру. Мы со стройотрядом приехали к склону горы покупаться в гейзерах, а я с тремя товарищами решил забраться наверх. «Товарищи» называется! Придется теперь одному пробираться.

Ну и пусть! Толку от них никакого, нытики какие-то…

…Последние метров двести – голый крутой склон, зато можно разогнуться и идти быстрее. Еще рывок и – вот оно! Подо мною жерло спящего вулкана, внутри которого искрящееся на солнце снежное полотно – покрытое снегом замерзшее вулканическое озеро. Скорее туда… Плюхнулся в снег, умылся… пока жую снег, запихиваю его во флягу… Лег на спину, закрыл глаза. Трудно поверить, что под снегом – лед, а дальше – десятки метров воды… Кажется, твое тело растворяется в горной тишине, ты такой маленький здесь, что тебя как бы и вовсе нет.

Или, может, это мне просто снится… Нет, нельзя заснуть, обратно на край кратера… Вот уже стою на вершине: справа – Охотское море, слева – Тихий океан, впереди, меньше чем в 10 километрах, – оранжево-черные клубы проснувшегося вулкана Иван Грозный. Надо мной синева такой глубины, что кажется, вот сейчас подпрыгнешь – и упадешь в нее как в пропасть.