Запретная для Альфы

– Мы все вытерпим, сестренка, – прошептал, когда ее клетка открылась и послышался звон кандалов на жестком полу, – обещаю.

Я был последним. Меня подхватили трое, будто боялись, что смогу разорвать их в клочья в таком состоянии. Но я не мог. Однако все равно не упустил шанс напугать жалких людишек. От каждого рыка они тряслись, как осиновые листы и тыкали шокерами. Стоит ли говорить, что толку от электричества не было. Я расправил плечи и вскинул голову. Они не увидят альфу сломленным, никогда! Выйдя на помост, игнорируя свет прожекторов, стал внимательно осматривать присутствующих.

В нос ворвался запах человеческого возбуждения вперемешку с какофонией тысяч ароматов. Пота, духов, алкоголя. Я увидел довольную рожу Айса. Он откинулся в кресле, попивая что-то из бокала с толстым дном. Человеческие женщины так сильно возбудились, что стал ощущать их вожделение. Все ярче и ярче. Еле держался, чтобы не сморщиться от отвращения. Сканировал взглядом толпу, пока не увидел ее. Самочку, отличающуюся от остальных потрепанных, пользованных шлюх.

Чистые глаза, платиновые длинные волосы и заинтересованный взгляд. Совсем молоденькая, на первый взгляд не больше восемнадцати лет.

Взглядом облизнул милое личико, опустился к шее. Она почувствовала то, как касаюсь ее, и начала сжимать круглые бедра. Знаю, милая, что ты смутилась. Все звериное нутро обратилось ней. Внезапно почувствовал аромат. Сладкий, приправленный легким запахом полевых цветов. Особенный. Теперь я смотрел на нее внимательнее.

Коснувшись груди, опустился к талии, плотно облегаемой дорогой тканью платья. Задрать бы эту юбку, да ворваться в горячую дырочку. Разорвать бы это дорогущее платье, да выкинуть голую на развлечение стае волков. Такие, как эта богатенькая сучка, заслуживают подобной участи. Не проработавшие ни дня, ни в чем не нуждающиеся, они вершат чужие судьбы. Решают, кому жить, а кому кормить червей.

Рядом, очевидно, семья милашки. Отец, точно какой-то богатей, пытающийся перебить ставку сидящей чуть ниже похотливой шлюхи.

А слева… странный экземпляр, от которого веяло опасностью. Совершенно обычный человек, но что-то в нём было не так. Он то и дело пытался обслюнявить ушко молоденькой самочки, но она явно старалась скрыть отвращение. Муж? Едва удержался, чтобы не рассмеяться.

– Три миллиона! – от дамы в красном веяло похотью, она уже была готова разорвать мои штаны и запрыгнуть сверху.

Но боюсь, у меня бы не встал на такую потасканную особу.