Альфа и Омега Марины Журинской. Эссе, статьи, интервью

Замечательный образ покаяния преподавал своим духовным чадам митрополит Антоний Сурожский. Все мы знаем такое жуткое состояние, когда воспоминание о грехе терзает долго и не уходит даже после исповеди. И в таких случаях владыка говорил: «Но ведь сейчас ты бы так не поступил?» И весь ужас уходил. Поистине Бог более милостив, чем мы это себе представляем, и отпускает нам грехи даже тогда, когда мы сами их себе не отпускаем. Потому что Он так дивно устроил, что при соответствующей нашей направленности время лечит.

И каждое Рождество в нашей жизни призвано быть вехой на нашем пути.

Вот, казалось бы, мелкая деталь. Давайте вернемся во времени на пару недель – к тому, что мы друг другу желаем. Христиане древних времен при встрече говорили друг другу «хайре!», то есть «радуйся!», потому что получили Благую Весть о пришедшем в мир Спасителе, преодолевшем смерть и ад, и это было им в радость. Очень жизненно звучат слова апостола Павла: «Всегда радуйтесь». Только мы, похоже, разучились. Может быть, поэтому так приободряюще действуют церковные праздники, что в них – та самая радость? Между прочим, ею же пронизаны и акафисты, и уныло воспевать «радуйся…» как-то не очень в духе этих прекрасных произведений церковной поэзии.

А мы по большей части желаем здоровья. Так и говорим: «Здравствуйте!» Конечно, проходить земной путь в здоровом виде приятнее, нежели в больном. Но это ли главное на этом пути?..

Заметим, насколько различаются поздравления с Новым годом и с Рождеством Христовым. На Новый год обычно желают счастья (как правило, нового, – можно подумать, что все мы бедолаги и неудачники и остро нуждаемся в изменении жизненных обстоятельств).

Ну и здоровья, успехов, благополучия, то есть вещей абсолютно посюсторонних. Ничего плохого в этом нет, потому что в некотором смысле действительно лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным (насколько душеполезнее – другой вопрос, на который, кстати, не следует отвечать однозначно отрицательно), но эти поздравления страдают некоторой неполнотой.

А вот на Рождество желают света, тепла, душевного устройства, радости, Божией помощи – одним словом, всего того, что может быть востребовано на пути к Вечности. То есть это разные праздники, и желание их соединить свидетельствует о размахе, при котором теряются детали. А эти детали, между прочим, составляют важную основу человеческой жизни.

Но все эти различения, хотя сами по себе и существенные, меркнут в сравнении с пожеланиями другого сорта.