Помощь Ангелов и козни бесовские

Я же сказал:

– Если позволено тебе это Господом всяческих – бей, и я с радостью приму удары, как бы наказуемый от Него; если же тебе не позволено, то не ударишь, хотя бы ты тысячекратно неистовствовал.

Услышав это, он обратился в бегство, но тайно продолжал еще строить мне ковы.

Дважды в неделю приносили мне из-под горы воду. Он, встретив несущего, принимал на себя мой вид и забирал воду, приказывая при этом несшему идти назад, воду же выливал. Сделав это два или три раза, он заставил меня страдать от жажды.

Измучившись, я спросил того, кто обыкновенно приносил мне воду, почему он уже в продолжение пятнадцати дней не приносит воды? Тот отвечал:

– Я приносил два или три раза и ты же брал ее у меня.

– Где, – сказал я ему, – я брал у тебя принесенную воду?

И когда он показал место, я сказал:

– Хотя бы ты тысячу раз видел меня на этом месте, не отдавай сосуда прежде, чем придешь сюда.

Когда таким образом я разрушил злой навет, демон покусился на другой.

Однажды он, приняв на себя вид молодой красивой девицы, подошел ко мне с улыбкой и шутками. Раздраженный гневом, я прогонял его, осыпая укоризнами, но он продолжал стоять, смотря на меня страстными глазами с улыбкой на устах. Тогда, исполнившись еще большим гневом, я сказал:

– Как ты можешь обходить всю вселенную и всем строить такие ковы?

– Я не один, – отвечал он, – но по всей вселенной рассеяно множество демонов, которые подобным образом шутят и этими шутками достигают своих целей.

Таким, по-видимому, ребячеством они стараются развращать людей.

– Отойди же, – сказал я, – по повелению Христа, Который некогда целый легион бесов ввергнул в глубину морскую.

Лишь только лукавый услышал это, тотчас же обратился в бегство, не вынося силы имени нашего Господа и не могши смотреть на любомудрие Его раба».

Феодорит Кирский («История боголюбцев»)

Рассказ о преподобном Петре Афонском

Демон всегда злобен, лукав, хитер и бесстыден.

Вот какое средство изобрел он к низложению великого подвижника Петра Афонского. Средство самое хитрое, – и потому тем горше посрамился он в своих злоухищрениях.

Сей окаянный демон превратился в одного из слуг святого Петра, явился в пещеру его и, с крайним бесстыдством, обнимал и лобзал своего якобы господина. Потом он сел и начал прикрытую самой ловкой и бесстыдной лестью беседу, сопровождая ее даже слезами.