Любовница императора Авискоты

То, что было дальше, я даже представить себе не могла. Так не бывает. Не должно быть.

Хотя в тот момент Рикхард бы просто не успел сделать ничего другого. Спасаться бегством, наверно, еще менее достойно для императора. Миклош пер на него, словно разбуженный медведь. Не остановить.

– Так вот с кем ты кувыркаешься, моя прелесть! – ухмылялся Миклош. – Сейчас я…

Не успел.

Рикхард вмазал Миклошу в челюсть. Так мощно, от души, что Миклош отлетел назад и завалился на пол. Сознание не потерял, но встать сразу у него не вышло.

Он сидел, ощупывая зубы, тряся головой.

– Охрану с улицы позови, – Рикхард кивнул Нанде так спокойно, словно все это в порядке вещей.

– Что?

Та растерялась.

– Выгляни за дверь, позови на помощь.

Нанда подхватилась, побежала.

– Ублюдок, твою мать… – Миклош сплюнул кровь. – Зуб сломал!

Он пытался встать на ноги.

Я, на всякий случай, схватилась за табуретку, ей тоже можно неплохо шарахнуть, если помощь не успеет.

Но стоило Нанде выглянуть, как у нас на пороге возникло три здоровенных бугая в штатском.

Рикхард кивнул им, и они мгновенно, без разговоров, уложили Миклоша лицом в пол, скрутив руки. Он только охнул.

– Вот же сука! – прошипел еще. – Я доберусь до тебя!

– Ты пойдешь со мной, – сказал мне Рикхард. – Собирай вещи.

Я не могла поверить.

– Куда?

– Там разберемся. Поторопись.

С черного хода к нам попытались сунуться люди Миклоша, услышав шум, у него тоже свои вышибалы, но императорская охрана хладнокровно достала оружие, и те решили не вмешиваться.

Своя шкура дороже, бордель не то место, где хочется умирать.

Я всегда была дурой, всегда мой язык…

– Я не пойду, – сказала я. – Зачем? Поменять одного хозяина на другого?

На самом деле, я испугалась. Понимала, что если уйду сейчас, моя жизнь никогда не будет прежней. Все изменится. И я уже не девочка, чтобы убегать неизвестно куда, начиная заново. Я привыкла здесь, я знаю, как себя вести. А там? Что будет? Рикхард поиграет со мной и бросит, и что потом?

Рикхард повернулся ко мне.

В его глазах непонимание и раздражение разом.

– Если я сейчас уйду и оставлю все как есть, он тебя убьет, – сказал холодно, кивая на Миклоша. – Или ты хочешь, чтобы я прострелил ему голову? Заведение достанется тебе?

Он кивнул одному из своих, и тот наставил на Миклоша револьвер.

– Так? – спросил Рикхард.

– Нет! – шепнула я.

Не то, чтобы Миклоша мне было жаль, я, наверно, желала его смерти. Но вот так, сейчас, была не готова.