Любовница императора Авискоты

– Тогда собирайся. Живо. Бери только самое необходимое.

Думаю, лишние трупы ему сейчас тоже не нужны.

Я бросилась к себе. Да мне и собирать-то толком нечего. Документы, деньги… кто знает, что там меня ждет. Кое-что из одежды, хотя мои старые платья теперь… я не знала. Не понимала что брать. Понимала, что времени у меня нет. Револьвер под матрасом, даже Миклош не знал о нем… Я завернула в сорочку, сунула на дно сумки.

– Мэр! – Нанда в дверях. – Он велел тебе поторопиться.

Я кивнула. Сейчас. Окинула комнату последним взглядом.

– Что это за человек, Мэр?

Я не могу сказать.

Нанда смотрела на меня огромными круглыми глазами. Что с ней будет? Если Рикхард не убьет Миклошла и тот решит, что Нанда со мной за одно, то Миклош убьет ее. Ему захочется на ком-нибудь отыграться.

– У тебя есть деньги? – спросила я. – Тебе тоже лучше уйти. На вокзал, купишь билет. Тебя искать не будут.

– Есть, – она кивнула. – Сейчас…

Пронзительный женский визг снизу. Ди скорее всего… она закончила и вышла, а там такое.

Все. Я собрала.

Ди и ее клиент внизу. Ди сидит на полу, обхватив голову руками. Он жмется к двери – неплохо развлекся сегодня.

Рикхард стоит посреди этого невозмутимо…

– Я готова. Сейчас Нанда еще, она выйдет с нами, ей нужно на вокзал.

Я стараюсь говорить твердо.

– Хорошо, – Рикхарду не нравится, но он кивает. Он сам влез в это, и теперь поздно отступать.

Нанда уже бежит…

На улице моросит мелкий дождь.

– Проводишь до вокзала, – Рикхард кивает одному из своих людей, отправляя с ним Нанду.

А мы идем…

Это так странно. Мы в целом – такая странная компания для этого места. Пусть и одеты все как обычные люди, но военная выправка охраны слишком бросается в глаза. Гвардейцы и шлюха.

– Куда теперь? – спрашиваю я.

Рикхард идет быстро, я едва поспеваю за ним.

– Кэб ждет нас за углом.

– А потом?

Рикхард хмурится, потом бросает на меня быстрый взгляд.

– Отвезу тебя Лану, он пристроит куда-нибудь.

Понятно.

У меня нет выбора.

– Зачем вы сделали это? – тихо говорю я.

Какое-то время он идет молча, потом поднимает руку, разглядывает сбитые костяшки на правой руке – хорошо так заметно. Ухмыляется.

– Знаешь, – говорит так же тихо, но в голосе усмешка, – я много лет занимался боксом, всегда был уверен, что это чистый спорт для меня, для поддержания формы, и только. А вот, пригодилось. Никогда бы не подумал.

Это не ответ на мой вопрос, но я понимаю.