Поплавок. который утонул

«Круто!» – оценила она, но подумала: «Неужели нельзя было выучить какую-то другую песню, более мирную и жизнерадостную?»

«Я неплохо плохо знаю русский, – говорит мой собеседник. – Кстати, в августе я еду в Россию».

«Отдыхать?» – обрадовалась она.

«Нет, учиться».

«На кого ты будешь учиться?»

«Я буду делать оружие», – вдохновенно ответил мальчик.

«Зачем?»

«Оружие», – повторил он, как бы смакуя это слово. А потом добавил: «Россия – самая красивая в мире страна».

«Я не спорю, – ответила она, – но зачем в самой прекрасной стране делать оружие?! Я не люблю войну».

Он посмотрел ей в глаза и на мгновение стал очень взрослым.

«Россия всегда сама по себе была. И Босния. Всегда мы с кем-то сражались за свою свободу. Мы многих ненавидим. Таковы мы, славяне-братья. Нам нужна война, чтобы бороться за свою свободу, мы всегда в ней».

И он ушел, этот мальчик. В свою взрослую жизнь.

***

Невозможно забыть двух женщин: ту, которую любил и ту, которую предал. В жизни Марата были обе.

Когда-то рядом с ним была хрупкая брюнетка-интеллектуалка, с которой он провел четыре, возможно, самых счастивых года своей жизни. Этот период жизни Марата грубо зарубцевался на его сердце, но иногда, особенно в дождь, слегка ныл. Прошло уже 13 лет, но он всё ещё помнил запах той женщины. Она пахла мимозой и весенним дождем.

Ее ироничная улыбка с тонкой сигаретой между влажными губами; ее расширенные зрачки в тот момент, когда он входил в нее; сумасшедший секс на бетонном фонтане в два часа ночи в глухом районе города, пока все спят; ее голос, глубокий, нутряной, – все эти воспоминания полароидным снимком отпечатались в его мозге.

Она была предана ему до конца.

Что, что заставляет мужчин предавать таких женщин?

«Огромные сиськи», – ответил сам себе Марат, с обидой пнув попавшийся ему под ноги камень.

Он шел по центральной улице города, жизнь в котором для миллионов жителей бывшей Югославии была символом успеха и достатка.

Субботние сумерки приглушали уличные кафе, трамваи, деревья.

Белград растворялся в смоге, который был привычным в это время года: в ноябре здесь жгли уголь и дрова, чтобы обогреть свои маленькие квартирки-муравейники.

Ради них жители этого города спали каждую ночь без постельного белья. Оно было слишком дорого и неуместно для жизни, в которой принято зарабатывать деньги на что-то, что действительно «важно» – машина или дорогое ТВ, или ужин в элитном ресторане. Нужно было быть значимым.