Миллионы не моего отца

Ни с Мещерским, ни с Прилугиным Михаилу общаться не доводилось. Только давние воспоминания времен детского сада и первых классов школы приносили сейчас отголоском имя «Миша Мещерский», проступавшее на обложках тетрадей, лупой выжженное на скамейке во дворе.

Михаил никогда не считал, что они с Мещерским чем-то обязаны друг другу. Но сейчас приличие требовало от Михаила хотя бы незначительной скорби. Михаил честно пытался пробудить в себе сочувствие к покойному, но Мещерский был для него лишь именем, лишенным образа.

Невозможно было сочувствовать пустоте.

«Я наследник Виктора Мещерского – как это странно».

– Впрочем, не буду вас обнадеживать, – продолжал нотариус, – все свои дела Мещерский вел через Георгия Смирнова – сведущего в финансах человека, некогда владельца московского банка «Мемфис». Едва ли не все активы Мещерского записаны на Смирнова. Между ним и Мещерским было, так сказать, джентльменское соглашение.

– И что это значит?

– Это значит, что доверяющие друг другу люди договорились на словах.

Для вас же это означает, что на имущество, которое фактически принадлежало Мещерскому, но было оформлено на Смирнова и учрежденные им фирмы, вы как наследник претендовать не сможете.

– А кто тогда сможет? – вот и нашлось объяснение ненаписанному завещанию.

– Дочь Смирнова – Лиза. Но я уже неделю не могу связаться с ней. Лишь однажды удалось дозвониться – обрисовал ситуацию. В ответ – «Спасибо, я в курсе», – и на этом все. Видно, скорбит по отцу и не хочет ни с кем общаться.

Но я советую вам в любом случае встретиться с ней. Прежде всего, по этому вопросу, – нотариус протянул Михаилу пухлую пачку бумаги, содержащую на каждой странице разбитый в две колонки, плохо пропечатанный англоязычный текст.

– Что это?

– Копия договора – прислали вчера с Кипра. Договор на банковскую ячейку, подписан с клиентами Георгием Смирновым и Виктором Мещерским. Весьма интересно составлен договор.

«Опять какая-то интрига». Вчера, когда Михаилу позвонили из нотариальной конторы и назвали фамилию Мещерского, он подумал, что дело касается его матери.

Сегодня, явившись на прием и рассчитывая разрешить за мать бюрократическую формальность, он обнаружил себя наследником большого состояния. Которое, впрочем, достанется не ему, а какой-то Лизе Смирновой. Да стоит ли расстраиваться: сколько он пробыл богатым наследником – всего минуты три? Немного, но тайский берег успел промелькнуть на горизонте.